Человек с того смеха

Теперь часто повторяются: гараж, тест, страховка… И слов таких раньше не знал!.. Как много заседаний, обсуждений, просмотров. Вот где время гробится!.. «Пойти с Машей в театр на детский спектакль». Это любимая племянница. Так и не пошёл. «Договориться с преподавателем английского». Это уже опять в октябре.

А может, взять и круто всё повернуть?! Продать машину, не ходить на вечеринки и совещания, по вечерам у мамы пить чай со сладким клубничным вареньем, встретить девушку, одну, единственную, жениться, вместе ходить в бассейн, помириться с Градовым, заняться спортом, сесть за диссертацию…

Обязательно.

Немедленно! Не откладывая!!! С понедельника.

ПРИДЁТ ИЛИ НЕ ПРИДЁТ?

У Филимонова явно испортился характер, он стал раздражительным, грубым, скандальным. Все считали, что дело в возрасте, в гипертонии, в больной печени… Но причина была в другом: он стал чаще думать о смерти. Причём, его не так тревожила сама смерть, как мысль о том, что провожать его будет мало людей. А ему так хотелось шумных, торжественных похорон.

Он всё время об этом думал, стал хмурым, раздражительным. Впиваясь взглядом в каждого сотрудника, прикидывал: а этот придёт или не придёт проводить в последний путь?

Однажды ему приснился странный сон: он видел свои похороны и как бы со стороны наблюдал и комментировал:

«Котенко, конечно, не пришёл – как же, ведь он теперь шишка: завотдела. Станет он из-за простого референта тратиться на цветы – скупердяй страшенный, когда умрёт, велит себя голым похоронить, чтоб одежду сэкономить… А вот Лидия Михайловна пришла.

Секретарша, малооплачиваемая, стерва, зануда, а пришла, принесла самый большой венок… А Митька, сука, тоже не явился, в последний путь проводить не пришёл, гад, а я ещё его в нашу фирму устроил! Какой лицемер! При жизни «Сю-сю-сю, ля-ля-ля… Пойдём выпьем, я угощаю»… Ты не угощай, ты прояви уважение ко мне, когда меня нет, чтоб я в гробу тебя видел, вернее, из гроба, поддонок!.. Обидно, что не могу ему уже всё высказать… Почему не могу? Это сейчас во сне не могу, а проснусь, и всё скажу! И лестницу которую я ему на дачу одолжил, заберу, пусть на своей, расшатанной, шею сломает!. .»

После этого сна Филимонов пришёл в офис и, к великому удивлению секретарши, вручил ей цветы.

– Простите, букетик маленький, увы, сейчас денег нет… Но на венок вам насобираю, слово чести… Не меньше, чем ваш будет…

Потом оскорбил Митьку, нахамил Котенко, поругался со всеми, высказал им всё, что о них думает, расстроился и умер.