Ключ от проклятой комнаты

– Еще что-то? – спросила Ева.

– Хотела тебя спросить. Это правда, что Григорий Люсин – твой муж?

– Правда.

– Господи, какая же ты счастливая! – воскликнула девушка. – Он такой лапочка! – Она вдруг побледнела и, глядя на входную дверь, попятилась.

В салон вошел Люсик собственной персоной.

– Почему не на съемках? – Ева обняла мужа и чмокнула его в щеку.

– Сегодня быстро закончили.

– Тогда я тоже уйду пораньше, – Ева потрепала его волосы.

– Не стоит. – Люсик отвел ее руку и, покосившись на парикмахерш, кивнул на диван в дальнем углу салона: – Сядем, нужно поговорить.

Они сели.

– Что-то случилось? – спросила Ева.

– Мне… Ты не знаешь, где та рубашка с высоким воротником?

– В химчистке.

– Завтра у меня интервью на телевидении, в прямом эфире…

– Ты будешь один?

– На четвертом канале… – для чего-то уточнил Люсик.

– Ты будешь один? – переспросила Ева.

– С Рюминой. – Он сунул руку в карман, вытащил оттуда ключи и протянул Еве. – Мне нужен развод. Я ухожу.

– Куда? – Она глупо улыбнулась.

– Пока к друзьям, а когда вернусь из Дубая, что-нибудь придумаю.

Продолжая улыбаться, Ева перевела взгляд на ключи в руке Люсика.

– Ты можешь пожить дома… – Постепенно улыбка сползала с ее лица. – Постой, ты сказал, что едешь в Дубай? Значит… ты едешь с Рюминой? – Она вдруг закричала: – Ты уходишь к ней?! Отвечай!!

Музыка смолкла, и в салоне повисла абсолютная тишина. Сбившись в кучку, парикмахерши внимали каждому слову. Оглянувшись на «зрителей», Люсик вдруг закричал высоким, сбивающимся на фальцет голосом:

– Здесь вам не кино!

Он швырнул Еве ключи и выбежал из салона.

* * *

Барсукова искала ошибку в бухгалтерской отчетности и не находила. По собственным данным, она сработала «тютелька в тютельку», но по статистике, которую предоставила Голикова, выходило, что Надя нанесла фирме большой ущерб.

Она встала, подошла к двери, раздвинула жалюзи. Через стекло увидела мужа, который, развалившись, сидел в своем кресле.

В одну из таких ночей Надя бродила по дому. Зашла в пустую комнату дочери, поправила одеяло и вдруг заплакала, вспомнив: когда-то она верила в то, что Сергей – идеальный мужчина ее жизни.

Утром она потребовала развода.