Мэри Вентура и «Девятое королевство»

– Чепуха, Мэри, – весело оборвал ее отец. – Это все нервы. Поездка на север – вовсе не пытка. Как только войдешь в вагон, все тревоги отступят до конца пути. А там проводник скажет, что делать дальше.

– Ну, решайся, будь умницей! – Мать поправила золотистый локон, выбившийся из-под черной бархатной шляпки дочери. – Эта поездка проще простого. Все когда-нибудь покидают родной дом. Раньше или позже все уезжают.

Мэри сдалась.

– Ну хорошо, я согласна. – Она позволила провести себя через решетчатые железные ворота и дальше – по наклонной цементной платформе, где воздух был насыщен паром.

– Срочные новости! – выкрикивали продавцы газет, стоявшие у вагонов. – Срочно… десять тысяч человек приговорены к тюремному заключению… приговорены еще десять тысяч…

– Тебе не о чем волноваться, – промурлыкала мать. – Вот уж совершенно не о чем.

Мать проталкивалась сквозь хаотично напиравшую толпу и тащила за собой Мэри, которая шла за ней след в след – вплоть до предпоследнего вагона. Внутри вагона тянулся длинный ряд кресел, обитых алым плюшем, который при ярком свете плафонов принимал винный цвет; все швы в вагоне были заклепаны медными гвоздями.

– Может, тебе сесть вот здесь, в середине? – Не дожидаясь ответа, мистер Вентура закинул чемодан дочери на полку и отошел в сторону.

Миссис Вентура поднесла платок к накрашенным губам, произнесла несколько слов и осеклась. Говорить больше было не о чем.

– Прощайте, – произнесла Мэри с привычной, почти автоматической нежностью.

– Прощай, дорогая.

Мистер и миссис Вентура повернулись, двинулись по проходу прочь и вышли через открытую дверь. Мэри помахала им вслед, но родители уже скрылись и не увидели этот прощальный жест. Сняв красное пальто и повесив его на медный крючок, Мэри села у окна. Большинство пассажиров уже устроились в креслах, но некоторые еще бродили по проходу, подыскивая удобное местечко. Женщина в синей куртке, державшая на руках ребенка в замызганном белом одеяле, остановилась на мгновение рядом с Мэри, но потом проследовала в конец вагона, где были свободные места.

– Здесь не занято? – обратилась к Мэри еще одна женщина. Покачиваясь и тяжело дыша, она шла по проходу с раскрасневшимся лицом, сжимая в руке полотняную коричневую сумку. Ее голубые глаза утопали в сетке морщин, а крупный рот расплывался в доброй улыбке.

– Садитесь. Здесь свободно.