Капкан

– Почему как в плохой?

– Вот заладил. Да потому, что кончается на «у». В ванной-то мыло хотя бы найдётся?

– Ты же не доктор перед клиентом, чтобы руки мыть, – пошутил Блинов.

– Хоть и не доктор, а приёмные дни и у меня бывают. Например – завтра опять мальчишки придут, стихи читать будут. Смешной народ эти самодеятельные поэты. У каждого свой бзик: Влад Булгабин, который с радио, под юродивого косит, помнишь?

– Знаю, шизик, скорей всего.

– Тоже скажешь, или Ветлицкий, школьный учитель.

– Тот, который тебе в рот заглядывает?

– Ревнуешь?

– А чего мне ревновать, пусть сначала выживет, тогда посмотрим.

Мирра побледнела, и Блинов понял, что зря он ляпнул своей дамочке про её подопечного, но дело уже было сделано.

– Что за шуточки идиотские?

– Почему шуточки, – невозмутимо произнёс бывший афганец, которого не так-то просто было сбить с толку. – Говорят ему крепко досталось: бандюганы наехали, подожгли квартиру, но соседи за стеной кипеж подняли.

– Ну а дальше? Да и с чего бы наезжать на Ветлицкого-то?

– Не знаю, парня спасли, а жена…

– Сгорела?

– Не сгорела, а задохнулась, премиленькая девчонка, ребята вчера рассказывали.

Мира упрямо сжала губы, всё ещё не в силах переварить услышанное, и поэтому, когда нетерпеливый любовник ещё раз напомнил о постели, зло спросила:

– Ты что, не выспался?

– Да тебя, как девочку, уговаривать надо? Шоколадку хочешь?

– Пошёл ты со своим шоколадом куда… поближе.

– Что за дождь? На дворе зима.

– Рукопись стихов так называется. Я ему недавно в деньгах отказала.

– На других бочку катишь, а сама: мне – сегодня, ему – вчера… отказала. Далеко пойдёшь, если менты не остановят.

– Сам не сядь со своими ребятами и делами.

– За меня не бойся.

– Не гримасничай. Всё, поехали!

– Куда ехать-то, хотя понимают, но твой приятель в реанимации. Вот завтра у братвы узнаю, что к чему, тогда и будем дёргаться.

– Знаешь, Виктор, мне не нравятся твои деньги.

– Мои не нравятся, а у всякой шпаны клянчить можешь?

Мирра устало привалилась к стене:

– И не только деньги, но и квартиры эти. Я пойду, пожалуй. – Но Блинов, вовсе не желая так просто отступать, шагнул навстречу женщине, и в глазах его заплясали не то злые, не то весёлые огоньки.