Восточная мудрость

Сиять будет солнце и впредь, но, увы,

Уже не поднимешь из гроба главы!

Крепость Кизил-Арсалан

Кизил-Арсалан укрепленье имел,

Его защищавшее крепко предел.

Извилистый путь, достигавший тех мест,

Подобен кудрям перевитым невест.

Средь зелени гор укреплений кольцо,

Как будто на блюде зеленом яйцо.

Из дальней дороги один пешеход

Пришел к Арсалану в сей крепкий оплот.

Тот муж досточтимый был мудр и учен,

По свету скитался достаточно он,

Был опытен, сведущ во всяких делах,

Блистал красотою и смыслом в речах.

Сказал ему царь: «Ты скитался везде,

Но видел ли крепость подобную где?»

Мудрец усмехнулся: «Красив этот град,

Но может ли быть неприступным? Навряд!

О царь, до тебя им другие цари

Владели. Но где же они? Посмотри.

И после тебя этот гордый оплот

К другому властителю, знай, перейдет.

Не надо итти за примерами встарь,

Лишь вспомни, что сталось с отцом, государь.

В такой закоулок он загнан судьбой,

Где он не имеет полушки одной.

Ни в чем не нуждается он и ни в ком,

Лишь в милости, посланной вышним творцом».

Сменяются люди один за другим,

Сей мир мудрецом ни во что не ценим.

Рассказ

Когда упокоился Алп-Арсалан,

И сын унаследовал царственный сан,

И мертвого шаха снесли в мавзолей, –

Не вечны, не вечны в юдоли мы сей! –

Увидел мудрец юродивый один,

Как гордо гарцует властителя сын,

И молвил: «Поистине, чуден сей свет!

Отец ускакал, сын же скачет вослед».

Таков ведь закон этой жизни земной,

Неверной, мгновенной и бренной и злой:

Лишь только для старца приходит конец,

На смену из люльки выходит юнец.

Я мир приравняю к бродячим певцам,

Что вечно блуждают по новым местам.

Таким чужаком обольщаться не след,

Неверной прельщаться не надо, о нет!

Твори же добро! Ведь на будущий год

К другому владенье твое перейдет.

Рассказ

Мудрец, за Кавада молясь, у творца

Просил, чтобы не было царству конца.

Вельможа, подслушав, придрался к словам:

«Мудрец ты, а молвишь пустое, о срам!

Начав с баснословных Джемшидовых дней,

Кого же ты знаешь из прежних царей,

Чье б царство до сих продолжалося пор?

Не стыдно ль тебе говорить этот вздор.

Нет вечности здесь. А коль знаешь, к чему ж

Пустые слова произносишь, о муж?»

Мудрец отвечал: «О, конечно, ты прав,

Ученый в суждениях должен быть здрав,

Просил я не вечности, но чтобы бог

Царю в начинаниях добрых помог.