Маленькие истории с большим смыслом

– Поля, срочно позвони Глаше и скажи, что конкурс перенесли на сегодняшний вечер.

– Хорошо, сейчас позвоню.

Полина набирала номер своей лучшей подруги и вдруг почувствовала, что впервые в жизни ей захотелось чего-то самой – ей захотелось победы. За последние четыре года Глаша ее так хорошо подготовила, что если саму Глафиру не увидят, у нее есть все шансы стать первой.

Она набирала номер телефона, и ее сердце бешено колотилось. Разве могла эта девочка знать, что к честности приходят разными путями, но самый тяжелый и страшный путь – это осознание своего бесчестия.

– Привет, – голос Полины выдавал ее волнение, – как здоровье?

– Поля, что-то случилось?

– Нет, просто устала, – Полина почти шептала. Ее слабое сердце противилось тому, что она хотела сделать. Резкая боль пронзила глаза. Но язык упорно молчал. Минутное желание быть первой парализовало все, всю ее волю.

– Обещай сегодня хорошо выспаться, чтобы завтра быть в форме, – Глаша искренне заволновалась за подругу.

– Хорошо, – Полина произнесла это как во сне.

Она танцевала отчаянно, словно это был ее последний танец. Полину объявили победителем и поздравили с участием в международном фестивале. Среди радости и поздравлений только два человека не могли выдавить из себя улыбку – сама Поля и Ангелина Львовна.

«Вот теперь я врунья», – думала Полина, когда подходила к сидящей в опустевшем зале Ангелине Львовне.

– Ехать на конкурс должна Глаша, – она стояла позади своего балетмейстера, не решаясь смотреть ей в глаза.

– Глашу в глаза никто не видел. Иди домой и сама разбирайся со своей совестью, – Ангелина Львовна тяжело встала и, не поворачиваясь, вышла из зала, оставив в нем маленькую запутавшуюся девочку.

Полина больше не приходила в студию. За последние месяцы она очень изменилась: родители больше не видели капризной недотроги, избалованной девочки. Полина, к удивлению всех родных, стала много читать и начала заниматься вокалом. Глашу она видела один раз, случайно встретились на набережной.

Валентина Андреевна и Глаша сидели на колесе обозрения. Это был один из тех летних вечеров в Ижевске, когда летнее знойное солнце уходит за горизонт, уступая место прохладе и преображая огненным золотом крыши домов и гладь пруда.