Забытая ария бельканто

И два ряда сама на клей сажала, пока я соображал, как правильно делать», – он зажмурился от сладкого предвкушения похвалы.

Мама повертела поделку в руках:

– Миленько. Времени, наверное, много потратили? Могли бы просто букетом обойтись. Вот куда я это теперь дену? – она вытянула из бутонов атласную петельку, оглядела холл и повесила подарок на гвоздь, торчащий в стене между печкой и кухонной аркой. – Пусть тут будет. Красиво же? – и, пританцовывая, побежала к себе.

Максим провожал маму полными жгучих слез глазами:

– Бабушка, ей не понравилось? Это потому, что я один цветок неровно налепил, да? – он сдерживался, чтобы в конец не разрыдаться.

Бабка сдвинула брови:

– Нет, что ты! Сердце волшебное. Просто чудо, какое сердце! – подошла и крепко обняла хлюпающего носом Максима. – Пойдем-ка мы торт резать.

В этот момент мама, прижимая мобильник плечом к уху, спустилась по лестнице:

– Да. В сейфе возьми, и расписка чтоб у меня на столе лежала. Катю предупрежу. Все. На связи. – Она повернулась в бабке: – К ужину не ждите.

– С днем рождения, мамочка! – отчаянно крикнул Максим.

Мама застыла на месте, скользнула взглядом поверх его головы, кивнула и тут же погрузилась в разговор по телефону.

Максима накрыла злость. Он отшвырнул письмо и взял гитару. Стащил чехол и забренчал:

– В призрачном тумане скрылся Альбион,

А по нервам чиркнул острый, острый ножик:

Виолетта ткнула пальцем: «Это он!» —

И рванула, убегая со всех быстрых ножек!

Вдруг в холле раздался грохот.

«Входная дверь заперта. Окна – тоже… Хотя! Смешно: оно же сквозь стены проходит! – Максиму стало не по себе, рука автоматически потянулась к луку, что спрятался на двери за стиранными вещами. – Глупости! Даже если это оно, что мне сделает? Убьет? Хотело бы, в детстве замочило бы. – Он положил гитару на кровать, подбежал к двери и рывком открыл ее.

Бледный лунный свет пробивался сквозь слуховое окно, едва освещая холл, а через входную дверь просачивалось мутновато-белое очертание мужской фигуры. Все те же широкие плечи. Круглая голова, на этот раз без шляпы, а вместо пальто – старомодный приталенный пиджак.

Максим упер руки в бока и крикнул:

– Вы кто и что здесь делаете?

Призрак шевелил губами, не издавая при этом ни звука, и отчаянно жестикулировал, как сурдопереводчик. Словно приглашал куда-то.