Последний Магистр

Усмехнувшись, он похлопал Золюшку по плечу.

– Ты смышленый малыш, а я – дурак.

Ведь черные, живые волокна Силы послушны его воле. Так что стоит заставить их быть глазами и ушами, и найти человеческую женщину по имени Тама?

…Она и впрямь жила в Алларене. Когда они с Золюшкой добрались до ее булочной сквозь зловонные лабиринты белого города, Тама как раз продавала четверть хлеба дородной особе в ярко-желтом платке.

– Что желаете? – устало спросила Тама у Ильверса, отирая пот со лба чистой, пухлой рукой.

– Я бы хотел узнать, вас Тамой зовут?

– Ну да, – женщина нахмурилась, – что вам надо? Если плохое что задумали, лучше уходите, не то истопника кликну.

– Нет-нет, – поспешно сказал Ильверс, – я просто хотел убедиться еще раз…

И быстро, может быть, чуть более торопливо, чем следовало, добавил:

– Я привез вам сына вашей сестры, Томы.

Плечи под простой шалью вздрогнули, и Тама затравленно посмотрела на Ильверса.

– А где… Тома?

– Маму убили дэйлор, – сказал Золюшка, приподнимаясь на цыпочки, чтобы его лицо было хорошо видно из-за прилавка, – она хотела, чтобы Ильв отвел меня к тебе, тетя…

Тама несколько мгновений стояла неподвижно, и ее взгляд испуганно перебегал с Ильверса на Золюшку и наоборот.

– Ну… что ж… Пусть отдыхает… в садах Хаттара, отца нашего…

И, уже повернувшись, продолжила:

– А вы… Пойдемте, пойдемте в дом… Лавку пока закрою.

* * *

Ильверс покинул семейство Тамы под вечер, невзирая на все ее уговоры остаться до утра. Теперь он был совершенно свободен, и мог заняться своими делами, коих было немало. На вопрос – куда же ты пойдешь? – он неопределенно пожал плечами и ответил, что осмотрится в городе, а затем, возможно, вернется на север.

Он и в самом деле размышлял над возвращением в Дэйлорон; он чувствовал себя уже достаточно сильным, чтобы справиться хоть со всей стражей отца-мерзавца, но… Черное сердце Алларена, недоступная простым смертным цитадель, застывшая уродливым наростом на холеном теле города, манила Ильверса похлеще, чем брачный призыв самки – самца.