Ты мне не мать!

 – Мы уж сами как-нибудь, без вашей помощи. – её тон стал резким. – Берите ведро, у меня девка дома одна. Не успею, проснётся и напугается.

Баба Наташа кивнула несколько раз, взяла ведро и ушла. Как-то тяжеловато стало после разговора с ней, неприятно. То ли пророчит что-то, то ли старческое слабоумие на порог ступило. Бабки в Крутово любят к молодым пристать с дурацкими расспросами или наставлениями, а нужны ли эти наставления, никто и не спросит. Вот и лезут, и лезут. Занялись бы своими детьми и внуками, чего нос совать, куда не просили?

Лиля набрала воды, вылили в свои вёдра и отправилась к дому.

– Лучше бы я попозже пришла, – бубнила Лиля, переступая через дорожные выбоины. Только всё настроение испортила. Какая мне разница, кто там у неё утонул? Тьфу, зараза, вот и думай теперь. Надо же было вот так ко мне в голову залезть.

Поставив вёдра на крыльцо, Лиля побежала в дом, проверять дочь. Вроде и ни к чему с проверками бегать, но как-то тревожно.

– Юлька! – позвала ребёнка, бегая по комнатам. – Юлька, где ты?!

В сенях что-то упало. Лиля побежала на шум. Отодвинув шторку, она увидела, как девочка встала на цыпочки и тянется к горячему тазу, стоящему на плите. Половник валяется на полу, а рядом с ним и соска.

– Да сколько тебе говорить, что к газу подходить нельзя! – завопила Лиля, разозлившись на дочь. – Сколько тебе повторять одно и тоже?

Ухватившись за плечо девочки одной рукой, второй несколько раз шлёпнула по попе.

– Не ори! Будешь знать, как не слушаться! – Лиля волокла дочь в комнату, чтобы посадить на диван. – Всюду лезет, всё ей надо! Другие дети, как дети, а этой везде надо ручонки свои ссаные распустить. Сядь здесь и захлопнись, иначе так надаю, что на всю жизнь запомнишь!

Домой вернулся Тёмка, чтобы взять кусок батона.

– Господи! Откуда ты такой пришёл? – выглянув из комнаты, мать увидела сына, грязного с головы до пят.

– Мы с Пашкой на ферму ходили, – затараторил мальчишка, вытирая под носом грязной рукой. – А там яма, ну мы и упали. Мам, я возьму хлеба, мы есть хотим?

– Какого хлеба? Быстро мыться!

– Пока я буду мыться, Пашка уйдёт. Он ждать не будет, – Тёмка поспешил вытащить из пакета батон.

– Я сказала, мыться! – волна ярости выплеснулась наружу, и Лиля широким шагом двинулась к сыну.