Кубок лунника

Сколько мне заплатить вам, чтобы бы вернулись домой, не доезжая до Блюменса?

А, вот до чего дело дошло!

Значит, господин, назвавшийся Нэйдом, совсем не хочет, чтобы в провинции ошивалась изгоняющая призраков? Любопытно…

Малика отстранилась, даже отодвинулась в угол. Проклятье! А вдруг он захочет ее придушить? Прямо здесь, в дилижансе? Кто знает, что на уме у этого загадочного незнакомца? Она почти ощущала на своем горле железные пальцы. Конечно же, у Нэйда руки сильные, достаточно крепкие для того, чтобы убить… Дыхание сбилось, а сердце как будто замерло, словно чудом попало в ведерко со льдом.

Малика с трудом перевела дыхание.

«Не посмеет», – решила она, покосившись на дремлющих толстушек, – «только не здесь. Не задушит же он и тех двоих?»

Страх прошел, просочился сквозь пальцы как песок. И – как напоминание – во рту остался мерзкий привкус ржавого железа.

– Мне кажется, – с нажимом произнесла Малика, глядя в темные глаза Нэйда, – мне кажется, что человек вашего круга должен иметь хотя бы понятие о профессиональной гордости.

Он взъерошил волосы, отвел их назад со лба. И, передразнивая, ответил:

– Мне кажется, госпожа Малика, что человек вашего круга должен иметь понятие об элементарной осторожности. И если вам советуют держаться подальше от Блюменса… То имело бы смысл прислушаться к совету, данному от всего сердца. Вы совершаете ошибку, отправляясь туда.

– Интересно, какую? – она запальчиво вздернула подбородок, – какое вам дело до призраков, Нэйд? И какое, простите, вам дело до одинокой ведьмы, которая этих призраков изгоняет?

– Возвращайтесь домой, Малика, – повторил Нэйд.

И ей померещилось, что в голосе его скользнула… нежность?..

Ох, что за чепуха!

– Я доберусь до Ирисовых пустошей, – твердо заверила она.

– Хорошо, – быстро сказал Нэйд, нахлобучивая обратно шляпу, – я скажу вам… раз уж все так…

Но в это мгновение дилижанс замедлил ход и остановился.

– Станция Витхи-и-илл! – надсадно крикнул возница.

Нэйд вдруг заколебался. Затем подхватил свой саквояж, туго чем-то набитый, и во мгновение ока очутился у выхода.

– Возвращайтесь домой, – сказал он на прощание. И исчез в ночи.

Малика поежилась. Было похоже на то, что неприятности начались еще на пути к пустошам.

* * *

Остаток ночи она провела, забившись в угол и безуспешно пытаясь уснуть. От радужного настроения, с которым Малика покидала дом, не осталось и следа: все испортил йорггов Нэйд.