Древняя Индия

Наказание Дьяуса[51 - Дьяус – индоевропейское божество неба. Ср. лит. Диевс, греч. Дий-Зевс, лат. Deus, персонификация сияющего неба.]

Так наряду с 11 рудрами, 12 адитьями, Дьяусом и Притхиви появились восемь Васу – дружных, близких Земле братьев-богов. Как-то они вместе с женами бродили по лесу, богатому сладкими кореньями, плодами и водой, услаждаясь на восхитительных холмах и в рощах. И там супруга Дьяуса увидела прекраснейшую корову с полным выменем, с пушистым хвостом и красивой мордой и показала ее своему супругу.

– Я давно наблюдаю за этим превосходнейшим из животных, – сказал Дьяус. – Это дочь Дакши, а пасет ее отшельник Васиштха[52 - Васиштха – один из семи божественных мудрецов, рожден из семени богов Митры и Варуны.]. Видишь, он сидит на опушке и насыщается. Эту еду ему дает корова, выполняющая любое желание. Тот из смертных, кто вкусит ее молока, будет жить десять тысяч лет, сохраняя юность.

– О мой супруг! – воскликнула Притхиви. – У меня есть в земном мире подруга Джанавати, совершенная по красоте.

Услышав это, Дьяус, желая сделать супруге приятное, похитил волшебную корову с помощью своих братьев. Васиштха же, завершив трапезу, отправился к корове, но не нашел ее. Обладая всеведением, он понял, что животное похитили Васу по наущению Дьяуса. И он проклял их. Семь Васу как пособники были обречены жить среди людей год, Дьяус же обречен жить в земном мире многие столетия.

Восемь Васу

Не выветрилось из памяти певцов гимнов имя Пратипа, наделенное величайшим блеском. Носил его благочестивый царь, отказавшийся от власти ради размышлений и молитв на берегу Ганги. И сама река, им восхищенная, приняла соблазнительный женский облик богини красоты. Погруженный в размышления, Пратипа поначалу не заметил женщину, но, почувствовав жаркое прикосновение к своему правому бедру, обратил к ней лицо.

– Что я могу для тебя сделать, красавица? – спросил он ее.

– Обладай мною, о царь, – ответила Ганга, не терпящая возражений. – Я тебя полюбила, а отказ женщинам, которые полюбили, великий грех.

– Ко мне это не относится, – отозвался Пратипа. – Я дал обет не вступать в связь с женою другого или с женщиной другой варны.

– Но ведь я красива, – возразила Ганга, – и высокого происхождения. Обладай же мною, девственницей, полюбившей тебя.