Крокодил

Яга пошевелила губами, когда Миша открыл бутылку. Пополз маслянистый запах. Миша звякнул о стол нагретой крышкой.

– Анюта идет, – сказала Светка, заметив в окне сгорбившуюся фигурку.

Анюта шла согнувшись, выставив голову вперед, как будто несла на спине что-то тяжелое. Руками она постоянно запахивала на груди куртку.

Войдя, Анюта первым делом посмотрела на плиту. Ее загораживал Миша, и на лице Анюты промелькнуло радостное выражение – еще не начинали.

– Привет, – поздоровалась она.

Никто не ответил.

Она сняла с плеча дерматиновую сумку и бросила на пол. Ее темные волосы были собраны в хвост, доходивший почти до пояса. Овал лица одряб, но кожа на лбу держалась туго.

– Капли принесла? – спросила Яга.

– Нет, – быстро ответила Аня. – Лешка обещал, не принес.

– А че пришла, если нет? – хрипло спросила Яга.

Анюта промолчала.

– Вообще… – прошипела Яга.

В расстегнутой куртке Анюта стояла у двери и не двигалась дальше. В ее карих глаза появилось выражение готовности – не уходить, что бы ей сейчас ни сказали, что бы ни сделали.

– Олег приходил, – лениво прокартавила Светка в сторону Анюты, и та восприняла это как приглашение войти.

– Зачем? – коротко спросила она.

– Мириться, – ответила Светка.

– Он бухой был, – сказала Яга.

– Кричал такой на всю улицу, – добавила Светка.

– И че ты? – спросила Аня, всем видом выражая интерес.

– Ниче. Он мать мою оскорбил – шлюхой назвал.

– Анюта, – хрипло затянула Яга, – че ты там стоишь, не раздеваешься? Как бедная родственница.

Садися, – глазами Яга показала на свободную табуретку.

Аня поспешно села на нее.

– Вчера знаешь че было? – спросила она Ягу пугливо и подобострастно, как будто хотела интересной новостью заменить капли, которых не принесла.

– Ну? – спросила Яга.

– Вчера Оля чуть не отъехала, – быстро начала Аня. – Она четыре куба взяла. Я ей еще говорю: «Оля, не ставь столько, отъедешь». Она такая не послушалась, половину-то загнала. А я смотрю, она уже падает. Мы в туалете были.

Тут ванна, тут унитаз. Она чуть головой не ударилась. А она же в два раза больше меня. Как я ее удержу? Она так медленно сползает, синеет и не дышит.

– И че? – безучастно спросила Яга.

– Я давай ее по щекам бить, всякое разное. Привела в чувство кое-как, – договорила Аня и замолчала, поглядывая на Ягу.

– Сколько наливать? – повернулся от плиты Миша.

– На пятерых наливай – еще Старая придет.

Когда Яга произнесла эти слова, подбородок Ани дрогнул.