Меж двух огней

Сначала хотела ботфорты – смотрелись они на мне очень даже неплохо, но потом передумала.

– И правильно, – поддержала Лена. – Помнишь, в прошлом году Ксюха припёрлась в школу в шортах и топе? Директриса отправила её домой переодеваться.

– Помню, было дело. Потому и не рискнула. – Я отпила из стакана. Чай сегодня явно пересладили. – Правда, деньги пришлось взять под проценты у младшей сестры – свои я потратила на синее платье.

– Ого! – удивились подруги. – Твоя сестрёнка не промах.

Я улыбнулась.

– Просто она копит деньги на роликовые коньки.

Розового цвета.

– Я тоже в её возрасте страстно хотела себе розовые ролики, – сказала Даша.

– А я – гитару, – тихо добавила я.

Тут к нашему столику подсел Миша.

– Приятного аппетита, – пожелал он.

– И тебе не подавиться, – дружно отвечали девчонки.

Я промолчала, лишь красноречиво впилась взглядом в Ленку. Та поморгала секунд пять, соображая, что именно от неё требовалось, потом, толкнув соседку в бок, громко оповестила всех посетителей столовой:

– Ой, я и забыла, Даш, нам же в библиотеку срочно нужно.

Книжку сдать! Пойдём!

Удивлённая Даша, однако, не сказала на эту неожиданную реплику ни единого слова, лишь пожала плечами, мол, надо так надо, и поднялась вслед за подругой. Какие они у меня всё-таки классные!..

Разделываясь со своей порцией, состоявшей из котлеты и макарон, Миша пострелял в меня глазами, потом всё же решил спросить:

– Чем занималась в выходные?

Кроме того, что ждала от тебя звонка и кромсала папины штаны – ничего, подумала я, но вслух сказала:

– Да так, как обычно.

Читала, телевизор смотрела. А ты?

– А я отцу помогал машину чинить, – с гордостью произнёс Миша. – Видишь?

– Ага…

Он продемонстрировал мне свои руки с въевшейся под ногти и кожу грязью. Мишка гордился своим отцом – насколько я знала, он занимал важную должность в областном управлении образования и науки, часто ездил в командировки и редко проводил время со своими детьми, но если уж проводил, то Мишка запоминал это надолго как лучшие дни в своей жизни.

В отличие от него я чувствовала себя сиротой. Мои родители работали за границей и приезжали в Мелкореченск один раз в год, и то не на мой День рождения и не на Аннушкин, а как придётся. Нас с сестрёнкой воспитывали дедушка с бабушкой.

– Кстати, Марин, – вдруг вспомнил Михаил, – Лариса Степановна просила тебя зайти.

Я едва не поперхнулась остатками чая.

– Зачем?

– Вот уж не знаю.