Триптих в чёрно-белых тонах

Переход на «Китай-городе» возле памятника Ногину по праву считается излюбленным местом встреч и москвичей, и гостей столицы. Разминуться здесь практически невозможно, несмотря на то, что поток пассажиров не иссякает ни днём, ни вечером.

В ожидании Клавдии Савва стоял, прислонившись к стене. Возле эскалатора, ведущего наверх, квартет музыкантов играл Моцарта, неся культуру в массы. Воздушная и светлая музыка великого австрийца звучала чужеродно в душной подземке. Виртуозная игра завораживала. В раскрытом футляре от скрипки лежала мелочь и мятые десятки.

В этом было что-то унизительное. Билет на такой концерт в зале филармонии стоил бы совсем другие деньги. Впрочем, музыкантов не смущало, что им приходится играть перед снующей безразличной толпой. Каждый зарабатывает, как может.

Савва внёс свою лепту.

Моцарта сменил Вивальди.

– Привет. Давно ждёшь? – раздался за спиной голос Клавдии. Она кивнула в сторону музыкантов. – Хорошо играют.

– Да. Они здесь бывают часто. Иногда я нарочно выхожу на «Китай-городе», чтобы послушать.

Под звуки скрипок Савва с Клавдией направились к эскалатору. Мелодия становилась всё тише, пока не потерялась в недрах подземки.

– Как несправедливо устроен мир. Талантливые музыканты играют в переходе, а какой-нибудь ноль без палочки имеет всё, – сказала Клавдия.

– Может быть, в этом и есть высшая справедливость, – философски заметил Савва.

– В смысле? – не поняла Клавдия.

– Ты ведь считаешь вполне оправданным, когда одному даётся талант, а другому – ни шиша.

Может, обделённые тоже думают, что это несправедливо. А так они получают компенсацию. Не талант, так деньги.

– По-твоему, если и талантливый, и богатый – это верх несправедливости? – с издёвкой спросила девушка.

– Нет, просто, если постоянно преследуют обломы, эта философия помогает не впасть в уныние, – улыбнулся Савва.

– Может быть, – пожала плечами Клавдия. – Хорошо, когда знаешь, чего хочешь. Ты вот себя нашёл, а я учусь просто потому, что так надо.

– Какие твои годы.

У меня тётка в полтинник купила вязальную машинку и поняла, что всю жизнь занималась не тем. Сейчас такие авторские работы делает! В элитных бутиках продают.

– А ты хотел бы стать богатым и знаменитым?

– Что значит «хотел бы»? Я им стану. Я ведь ужасно талантлив! – провозгласил Савва.

– Да, от скромности ты не умрёшь, – усмехнулась Клавдия.

– Существует столько способов закончить жизненный путь, что умереть от скромности – это явный перебор.

– Да ну тебя.