Триптих в чёрно-белых тонах

Её часто принимали за школьницу. Обычно это её нервировало. Но сейчас она не собиралась посвящать горе-стилиста в подробности своей биографии.

– Понятно. А зовут как?

– Шестьсот четырнадцатая, – назвала Клавдия номер бывшей школы, решив играть роль дурочки до конца.

– Очень приятно, а я, как ты уже поняла, седьмой, – представился парень.

Клавдия не удержалась и улыбнулась. Остроумие она ценила и знала, что оно встречается не так часто. Как бы там ни было, но она немного расслабилась. Теперь отступать было поздно, оставалось только ждать, что из всего этого получится.

Парень снял с Клавдии очки, с удивлением посмотрел через стёкла и спросил:

– Зачем очки носишь, у тебя ведь диоптрий мало?

– Привычка, – пожала плечами Клавдия.

– Зря. У тебя глаза красивой формы. Очки их портят.

Он убрал резинку, стягивающую волосы Клавдии в хвост и стал орудовать расчёской: то подбирал волосы наверх, то делил на пробор, то укладывал кренделем. В конце концов он слегка завил щипцами концы волос и оставил их струиться по плечам.

Стоило ему приступить к гриму и взять в руки тушь для ресниц, как Клавдия тут же запротестовала:

– Я не крашусь.

– Ты что, в пещере росла? – усмехнулся парень.

– Я к тебе в клиентки не напрашивалась. Не нравится – ищи другую.

– Слушай, будь человеком. Я же не собираюсь из тебя клоуна делать. Слегка оттеню. Дневной макияж.

Клавдия тяжело вздохнула.

– Только не сильно, ладно? – предупредила она.

Не хватало ещё нарваться на кого-нибудь из знакомых с боевым раскрасом на физиономии. Хотя при таком столпотворении встреча маловероятна, но вдруг? Мало ли кто может гулять неподалёку от летнего театра? А если кто-то из университетских будет наблюдать сцену её позора? От этой мысли Клавдии стало не по себе. Тогда она точно станет всеобщим посмешищем. Все просто до колик ухохочутся, если узнают, что она подалась в модели.

– Тени накладывать не надо, – попросила она.

– Ну что ты все время сопротивляешься? Для тебя же это ничего не значит. Не понравится – смоешь. А для меня этот конкурс очень важен. Я должен выиграть, – сказал парень.

Клавдия с безысходностью поняла, что, даже если по закону подлости кто-то из её знакомых наблюдает за конкурсом, отступать уже поздно. Поскольку она согласилась помочь, то выйти из игры сейчас непорядочно. И она покорилась судьбе.