Волшебство лета. Четыре солнечные истории о любви

Я возвращалась домой, а ко мне пристал какой-то нетрезвый мужик. Я испугалась, ну и в первый попавшийся дом… В этот… Твоя бабушка очень мне помогла. Мне правда неловко.

Я повернулась к нему лицом, чтобы взглянуть на парня. Помимо прочего мне было неловко ещё и сидеть к нему спиной, словно я со стенами общаюсь.

– А что же твой кавалер тебя не проводил?

Ага, значит, всё-таки, заметил. И неужели приревновал?

– Он не мой кавалер, – произнесла я, чеканя каждое слово. – Мы познакомились на дискотеке.

Рома ничего не сказал, а когда уже сделал шаг к двери, чтобы оставить меня одну, я воскликнула:

– Ну что ты молчишь?

– А что я должен говорить? – замер он и, потоптавшись пару секунд на месте, так и не дождавшись ответа, ушёл.

Когда я вошла в комнату, меня ждала аккуратно застеленная кровать и вещи для сна: длинная хлопчатобумажная футболка цвета хаки, тканевые бриджи и носки.

Я переоделась, но ложиться спать не спешила. Мне хотелось получше рассмотреть Ромину комнату, раз уж появилась такая возможность, понять, как он живёт и чем интересуется.

Комнатка была небольшой, но очень уютной. Неброские обои светло-коричневого оттенка на стенах. Окно напротив двери. С одной стороны от него – кровать. С другой – письменный стол и лежащий на нем чёрный ноутбук. Надо же, даже в посёлке Рома не расстаётся с техникой и соцсетями. Может быть, общается так со своей девушкой?

От этой мысли мне стало не по себе, и я, чтобы отвлечься, снова занялась созерцанием окружающего меня интерьера.

На стене над столом висела какая-то рамка, и я подошла ближе, чтобы рассмотреть. Это было детское фото Ромы. Вряд ли эта затея (повесить сюда фото) – его рук дело. Что-то я не заметила за ним особой чувствительности к воспоминаниям и сентиментальности. Наверное, бабушка повесила. Или родители.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Я отошла от стола и коротко ответила:

– Да, – потому что говорить в чужом доме «войдите» считала неприличным.

– Не спишь? – высунулась из-за двери Ромкина голова.

– Как раз собираюсь.

– Тогда спокойной ночи, – закусив губу, сконфуженно произнёс он.

– Эй, стой! Ты же пришёл сюда не за этим, – догадалась я.

Парень обернулся, подошёл к столу и присел на краешек стула.

– Как так получилось, что к тебе приставал какой-то мужик?

– Вон оно что… Не хочу я об этом.