Есть ли еще секс в большом городе?

Кристи за сорок, однако выглядит она лет на десять-пятнадцать моложе, как и большинство жительниц Нью-Йорка.

Может, Кристи, никогда не бывавшая замужем, прояснит ситуацию?

– Кристи, ты молода, красива и безупречна, – заявила я. – Скажи честно, дело в нас, – я жестом указала на себя и Сэсси, – или мужчины просто больше не знакомятся в барах?

Мы – товар

Кристи нервно засмеялась, привлекая внимание бармена.

– Это правда: парни больше не смотрят в нашу сторону в баре. В реальной жизни очень мало активности, – пояснила она, заказав белого вина.

Мы с Сэсси задумчиво кивнули. Судя по всему, мы отстали от жизни и не знаем новых правил.

– Я перепробовала все. Я зарегистрирована на всех приложениях, даже со свахой работала. Никогда не знаешь, что выстрелит.

– Ну и как успехи? – спросила я.

– Я встречалась с классными парнями, но как-то все не совпадало: тем, кто нравится мне, не нравлюсь я. Наверное, со мной что-то не так… Если бы я смогла понять, что именно, было бы проще найти себе пару.

Кристи наклонилась поближе.

– Мне кажется, я плохо себя продаю, раз никто не желает покупать.

Сэсси задумчиво потягивала вино.

– Разве ты – товар?

– Да, – кивнула Кристи. – И мне пора сменить упаковку.

Она умолкла и огляделась.

– Но ведь все так думают, разве нет? Даже в отношениях с друзьями ты – товар. Знаете, мне нравится моя жизнь, моя работа, мои друзья, но я хочу большего. Может потому, что у меня никогда этого не было… Мне нужен недостающий кусок пазла!

Продолжаем игру

Усевшись за письменный стол, я вдруг поняла простую вещь: до тех пор, пока женщинам нужны мужчины и у них остается хоть один шанс заполучить последних, они будут продолжать игру, даже если выпали плохие карты.

Я переадресовала вопрос молоденьким девушкам – слишком юным, чтобы пить, голосовать и, пожалуй, сидеть в «Тиндере».

– Как только я рассталась с бойфрендом, то сразу же вернулась в «Тиндер»: он заставил меня удалить профиль, пока я была с ним, – поделилась шестнадцатилетняя.

– Все дело во внимании: тебе начинает казаться, что жизнь прекрасна. – Семнадцатилетняя откинулась на стуле, потягивая латте. – Я всегда говорила: социальные сети – это наркотик. Каждый раз, когда я захожу в «Инстаграм», меня переполняют эндорфины.

– Смотри, в чем прикол… – Шестнадцатилетняя уставилась на меня в упор.