Яблоневое дерево

Отто уже несколько месяцев обещал привести тебя в гости.

Сияя от гордости за свои изысканные манеры, она протянула Сале руку и рассмеялась.

– Все там, в комнате. Надеюсь, вы принесли веселящий газ, а то Гюнтер там напукал, ой, простите, испортил воздух.

Улыбаясь, Эрна сделала шаг назад, освобождая место. Отто повел Салу по узкому коридору.

– Заходи, старина, – послышалось из глубины.

Однажды за дерзость придется ответить, но не сейчас. Отто твердо решил, что сегодня он великодушно закроет глаза на слабости своей семьи.

– Девчонка с тобой?

Отто появился в дверях первым и украдкой показал угрожающий жест. Гюнтер извинительно прикрыл рот рукой, когда Отто сделал шаг в сторону, чтобы пропустить Салу.

– Ну что ты встал, будто оловянный солдатик, приятель. Мой будущий шурин – тот еще пройдоха, но это ты и сама знаешь. Я Гюнтер.

Не вставая, он протянул ей мясистую ладонь.

– Левая рука идет от сердца, и прошу прощения, что сижу, – вывихнул средний палец, и защемило позвоночник.

Он бросил на Инге укоризненный взгляд:

– Гюнтер, веди себя прилично.

Анна по-девичьи бодро поднялась с кресла, стоящего в полутьме, и подошла к Сале. Она со строгой улыбкой протянула девушке руку.

– Мама, это Сала, – отстраненно поклонился Отто.

– Добро пожаловать.

Потом Анна искоса глянула на Гюнтера и добавила:

– Не принимайте его всерьез, он по-другому не умеет. Они в партии все так общаются.

Ее появление впечатлило Салу. Гордая красота, непреклонность в каждом взгляде, в каждом движении.

– Спасибо за приглашение.

Отто жестом подозвал к себе сестру. Сала никак не могла понять, как эта красивая молодая женщина, старше нее максимум года на два, могла выбрать такого грубого мужчину, как Гюнтер. В отличие от худой Эрны, ее фигура благоухала женственностью.

– А это Инге.

Хлопнула дверь. Отто узнал по приглушенным ругательствам отчима, который, покачиваясь, вошел в гостиную.

Несмотря на рассеянные движения, выглядел он импозантно. Сала увидела, как Инге сияющим взглядом посмотрела на отца, а Эрна нервно переступила с ноги на ногу. Анна сразу поникла – или в уголках ее рта проступили горечь и разочарование? Сала заметила, что при появлении одного человека в комнате совершенно изменилось общее настроение. Несмотря на то что его сила и стать померкли, как выцветший рисунок углем, он оставался центром этой семьи.