Интересная Фаина

Но Серковский опять не испугался, а начал ходить по нужным местам и говорить с такими же людьми.

У Серковского был портфель – черный, яловый, с вдавленным узором спереди и назади. Спереди на портфельном узоре летела большая птица, а под ней скакал маленький зайчик. Назади тоже летела большая птица, а маленький зайчик уже не скакал. Зайчик телепался на небе, потому что находился в когтях у птицы.

Серковский сообщал тем, кто спрашивал про событие, которое описано на портфеле, что так же бывает и в жизни и что важно иметь у себя в голове две стороны одного дела.

У Фаины дома жил волнистый попугайчик. Фаина просовывала свой пальчик между прутиками, и попугайчик целовал фаинский пальчик. Попугайчик был не человек, а целовал пальчик, как усатый мужчина, с укольчиком. Фаина не плакала и на следующий раз опять шла к попугайчику за поцелуем.

Еще у Фаины жил сшитый зайчик.

Мать тоже любила попугайчика и хвалила за цвет и за талант к песне. Фаина не знала, или мать любит зайчика, но знала, что мать никогда зайчика не хвалит.

Фаина на слух сочинила про это стих:

Зайчик, мой зайчик!

А ты ж не попугайчик…

Зайчик мой скачет,

И попугайчик скачет.

А если б мой зайчик

Пел, как попугайчик…

* * *

Серковский считался хорошим адвокатом, потому в серковском портфеле всегда лежали важные бумаги.

А бумаги, которые Серковский повез из Батума Новикову в Одессу, получились сильно важные.

Как-то оказалось, что у Фаины отца никогда не было, что мать Фаины родила дочечку просто от мужчины, что она придумала все на свете, хоть своего ребеночка и не придумала.

Сведения Серковский получил из достоверных рук в двух местах сразу. Одно место получилась консистория с бумагами про Фаину без отца, а второе место получилась полиция – тоже с бумагами, только с другими.

В полиции мещанка Такая-то Мария была давно известная со всех на свете сторон, хоть в последние годы в этих самых сторонах уже вроде и не замечалась.