Преступление и наказание

История, напоминающая сон Раскольникова, произошла в детстве Достоевского во время его первой поездки в Петербург: он увидел фельдъегеря, который, сев на тройку курьерских лошадей, начал бить ямщика, а ямщик, в свою очередь, начал неистово хлестать лошадей. Это была наглядная иллюстрация к социальной цепи жестокости: «Я никогда не мог забыть фельдъегеря и многое позорное и жестокое в русском народе как-то поневоле и долго потом наклонен был объяснять уж, конечно, слишком односторонне», – вспоминал Достоевский в «Дневнике писателя».

У сна Раскольникова есть и два литературных источника. Во-первых, это стихотворение Некрасова «До сумерек»:

Под жестокой рукой человека

Чуть жива, безобразно тоща,

Надрывается лошадь-калека,

Непосильную ношу влача.

Вот она зашаталась и стала.

Ну! – погонщик полено схватил

(Показалось кнута ему мало) –

И уж бил ее, бил ее, бил!

Ноги как-то расставив широко.

Вся дымясь, оседая назад.

Лошадь только вздыхала глубоко

И глядела… (так люди глядят,

Покоряясь неправым нападкам).

Он опять: по спине, по бокам,

И, вперед забежав, по лопаткам

И по плачущим кротким глазам!

Достоевскому особенно запомнилось это стихотворение: он цитирует его и в «Братьях Карамазовых». Второй источник – поэма Виктора Гюго «Melancholia», где также описывается истязание коня пьяным возницей. Вот этот отрывок (в переводе Елизаветы Полонской) – кое-где Достоевский совпадает с Гюго дословно:

Конь захрипел. ‹…› Палач удвоил пытку.

Конь делает еще последнюю попытку.

Рывок! Он падает, и вот под колесом

Уже лежит плашмя со сломанным хребтом.

Мутнеющий зрачок сквозь смертную дремоту

Взирает издали без смысла на кого-то,

И гаснет медленно его последний взгляд…

Какими маршрутами Раскольников ходит по Петербургу?

О «Преступлении и наказании» часто говорят как о топографически точном изображении Петербурга 1860-х. Эта точность подчеркнута в самом романе: Раскольников точно знает, что от его дома до дома процентщицы – семьсот тридцать шагов.

Хотя Достоевский в большинстве случаев скрывает топонимы купюрами («С-й переулок, «К-н мост»), опознать эти места не составляет труда. Существуют книги и исследования о Петербурге Достоевского[32 - Анциферов Н. П. Петербург Достоевского. – Пб.: Брокгауз – Ефрон, 1923; Гроссман Л. П. Город и люди «Преступления и наказания» // Достоевский Ф. М. Преступление и наказание. – М.: Гослитиздат, 1935. С. 5–52; Лурье Л. Я. Петербург Достоевского.