Безутешная плоть

Не обращая внимания на племянницу, она приближает губы к твоему уху и спрашивает:

– Тамбудзай, ты идешь? – И, задав этот вопрос, с важным видом уходит.

Ты спешишь за ней, радуясь, что можно улизнуть.

– Пойди скажи Кристине, чтобы она выпроводила ту женщину из сада, – говорит хозяйка. – А потом пусть запрет ворота. Нельзя, чтобы она опять притащила сюда чертей. Прийти сюда, чтобы устроить такое, – на ходу бормочет вдова. – У меня что, притон? В доме ВаМаньянги? Фу, почему она решила, что может делать у ВаМаньянги, что хочет?

Когда ты возвращаешься с инструкциями Май Маньянги, Кристина уже стоит посреди двора и понукает женщину одеться.

Та дает себя утихомирить, и скоро вы втроем выходите за ворота.

– Вот. – Кристина протягивает туфли и, прислонившись к столбу, смотрит, как женщина Шайна влезает в них. – Теперь уходи и не возвращайся, – приказывает Кристина, когда та наконец оделась.

Женщина Шайна мнется.

– Уходи, – настаивает Кристина.

Пока незваная гостья, двигаясь на фоне серебряных волн лунного света, омывающих изрытую дорогу, постепенно превращается в темное пятно, Кристина стоит, как молчаливый страж.

Ты отходишь к гранитному валуну под огрызенным деревом, опять не в ладах с собой, пытаясь затолкать обратно непонятные слезы.

Глава 7

Цветы жакаранды облетают на землю, их нежный сиреневый цвет теперь бледного металлического оттенка. У лунных теней края острые, будто это ножи.

Ты все сидишь на валуне под большим деревом у ворот. Кристина стоит чуть поодаль, скрестив руки, уставившись в ночь, как будто смотрит спектакль, который видела уже очень много раз.

Ты собираешься вернуться к Май Маньянге и молитвам, когда Кири оборачивается к тебе.

– Давай побежим, – еле слышно говорит она.

Эти перемены в ее настроении сбивают с толку. То она стоит с отсутствующим видом, а то вдруг оказывается с тобой – женщина такой широты, такой мощи, что вмиг может перепрыгнуть оттуда сюда силой своей воли.

Хозяйкина племянница смотрит на дом, где тебя ждет Май Маньянга.

Пока ты соображаешь, что ответить на предложение Кристины, вдова сдается и сворачивает к дому. Теперь вас только двое, и ты молчишь. Тебе хочется положить голову Кристине на грудь и заплакать.

– Давай побежим, – повторяет Кристина.

Ты понимаешь, что не этого она хочет, не слез, и молча соглашаешься с ней, как всегда соглашаешься с людьми крупнее тебя. Сегодня ты уступишь, слез не будет.

– Побежим, – вторишь ты.