Безутешная плоть

– Дом! – весело восклицает Игнор и объясняет, что надо знать нужных людей и заняться подписанием бумаг.

– А если она сейчас не подпишет, что будет? – интересуется Прейз, почесывая затылок.

– Вот он… – Ларки кивает на Игнора. – Он сказал, что его связи все сделают.

– А покупатель? – Прейз разворачивается и потягивается.

– Если у нас будет покупатель, – отвечает Игнор. – Прейз, что ты собираешься с ней делать?

Дети, которые опять вышли на крыльцо, допивают газировку и кидают банки в дерево гуавы.

– Может, стоит еще подумать, – пожимает плечами Прейз. – Она сдала маленькую комнату. Квартирантка отказалась от телефона, но по крайней мере выложила трехмесячный депозит.

Когда до тебя доходит, что квартирантка, о которой они судачат, это ты, у тебя перехватывает дыхание. Мысли разбегаются, появляется одна, следом за ней другая, смутная. В груди стучит сильнее, один удар – надежда, другой – еще большее разочарование. Ты хочешь, чтобы все было по-прежнему, чтобы вообще ничего не происходило.

– Давайте избавимся от телефонов, – предлагает Игнор. – Они дадут кое-какие деньги. Я найду, кто их купит.

– Она все еще талдычит про телефонный бизнес, – качает головой Прейз, в отчаянии прищелкивая языком. – Хочет выписать родственницу, чтобы та помогла ей вести дело.

– Продать, – твердо повторяет Ларки. – Иначе мы все разоримся.

Ты делаешь медленный вдох, медленный выдох и решаешь, что для тебя не имеет никакого значения, кто купит дом. С женщиной в джинсах покончено, она вручила тебе сыновей Маньянги доступными и желанными для реализации только что задуманного тобой проекта остановить закручивающуюся вниз жизненную спираль.

Их жен не видно, а это означает, либо что мужья не слишком высокого о них мнения, либо что у самих жен мало времени на мужей. С такими женщинами будет нетрудно потягаться. В конечном счете, поместив тебя в правильную семью, жизнь оказалась к тебе милостива. Первой мишенью ты выбираешь Ларки, он самый сильный.

Не подозревая о том, какую участь ты им уготовила, мужчины заканчивают разговор.

Когда отец и дядья от плиты идут к дому матери, дети радостно кричат.

Ты проскальзываешь в ванную, откуда вдовий двор видно лучше, но, когда устраиваешься подсматривать, входная дверь закрывается, после чего видно только тени, по-разному и с разной скоростью движущиеся за занавешенными окнами.

* * *

Дни растягиваются в недели, ты ждешь возможности подловить хозяйского сына.