Телефонная будка на краю земли

Достаточно признать, что не всего можно коснуться руками, что стоит лишь напрячь память, чтобы заполнить любую брешь, что радость любви заключается вовсе не в том, что берешь, а в том, что отдаешь безвозмездно.

Той ночью, закутавшись в одеяло, она открыла книгу со сказками. Она читала вслух о бесстрашном оловянном солдатике, о проглотившей его большой рыбе, о долгом путешествии, которое привело его к любимой – танцовщице, стоявшей на одной ножке, и об огне камина, который спалил их обоих, оставив лишь маленькое оловянное сердечко и блестящую звездочку, обгоревшую словно уголь.

14

Телефонный разговор Кэйты с матерью

– Алло, мама? Слышишь меня? Это Кэйта.

– Прости, что в последнее время реже прихожу.

– У меня дополнительные занятия каждый вечер, а по выходным курсы, чтобы поступить в Тодай. Мне кажется, эти тесты никогда не кончатся!

– Папа сказал, ты тоже всегда говорила, что эти задания с выбором ответа – идиотизм. В жизни так не бывает, чтобы приходилось выбирать всего из четырех вариантов и один точно был верный.

– Ладно, ты сама как? Ты и там сладости тайком ешь? (Смеется.)

– Знаешь, в плане еды Наоко вся в тебя!

– Когда я стираю, вечно нахожу у нее в карманах обертки от конфет и шоколадок, а один раз нашел брецели и чуррос. Мне кажется, это ненормально.

– Ах да, Наоко влюбилась. Нет, в кого – не знаю, не спрашивал.

– Да у нее на лице написано! Она даже стала не такая вредная, как обычно.

– Ладно, все на сегодня. Там какая-то женщина бродит по саду, ждет, когда закончим.

– Пока, я скоро вернусь, обещаю.

(Возвращается назад.)

– Чуть не забыл: ешь там все, что захочется.

15

После того дня Юи и Такэси часто возвращались в «Белл-Гардиа» – каждый месяц. Они встречались возле статуи Моаи у станции «Сибуя». Им обоим было удобно туда добираться, и Юи любила бывать там до рассвета, видеть почти пустым место, куда днем и вечером, казалось, стекалось все население Земли. С выключенными экранами и мигающими светофорами знаменитый Сибуйский пешеходный переход казался заброшенным, как оставленная на углу праздничная повозка с потухшими огнями.

У них появился свой маршрут: в четыре утра они выезжали на машине в сторону Иватэ, останавливались в Тибе, заходили в «Lawson», покупали что-нибудь на завтрак и обязательно брали плитку шоколада, от которой Юи поспешно отламывала несколько долек и отправляла в рот, как только океан появлялся перед глазами. Так Такэси узнал о ее приступах тошноты и о море.