Глаза боятся, а руки… пакостят

Что тоже очень хорошо и, надеюсь, даст мне возможность во всём разобраться и подготовиться к разным неприятным сюрпризам.

Доктор Крон помолчал, очевидно, размышляя, а потом вдруг спросил:

– Это правда, что вы упали с лестницы, леди?

А он не дурак! И мысли созвучны с моими…

– Я не помню! – честно призналась я.

– И как много вы не помните?

Вот оно! Шанс официально объяснить все свои возможные промахи и отвести от себя подозрения!!!

– Говоря по правде, очень многое. Вообще ничего.

За дверью приглушенно ахнули.

Всё-таки подслушивает!

– Так-так-так, – протянул мистер Крон. – Что ж, такое тоже бывает, особенно после травм головы. А у вас не просто травма, а сотрясение. Но вы не расстраивайтесь, леди Амелия, память со временем должна восстановиться, и всё у вас будет хорошо. Я напишу вашим родителям отчёт о вашем состоянии, помощь близких не помешает… Когда они возвращаются? Ах, да, простите…

Я приподняла бровь в удивлении. Это что? Проверка? Или доктор спросил по рассеянности, разговаривая сам с собой? Не знаю, но пока он не ушёл, я поторопилась задать интересующие меня вопросы:

– Скажите, доктор, а мне уже можно вставать?

– Да, леди Амелия.

Сейчас вашему здоровью ничто не угрожает. Вы можете встать и даже походить по комнате. Единственное, я бы рекомендовал вам следующие пару дней поберечь себя и не переутомляться, побольше отдыхать. Обязательно навещу вас дня через два, чтобы убедиться, что всё в порядке. А сейчас, позвольте откланяться. Поправляйтесь!

С этими словами доктор Крон мне действительно поклонился и, глубоко задумавшись, вышел из комнаты, едва не столкнувшись в дверях с зазевавшейся Мелисой.

Наконец, я осталась одна. Осторожно поднявшись и убедившись, что ничего не болит и кроме слабости, ещё бы, ведь пищу из рук служанки сестры я вчера принимать отказалась, никакого дискомфорта нет, я медленно подошла к двери и закрыла её на ключ. Вздохнув свободней, подошла к большому зеркалу, скинув длинную, до пят ночнушку и внимательно осмотрела своё новое тело.

Так-с. В принципе, оно мне нравилось. Амелия была худенькой девушкой с тонкой талией, длинными стройными ногами, но зато с пышной красивой формы грудью третьего, а то и четвёртого размера и далеко не плоским задом. Меня смущала грудь. В моём настоящем теле размер груди – двойка с натяжкой, что меня вполне устраивало, ведь так было проще тренироваться, она не мешалась и не тряслась при беге, а сейчас… А сейчас вряд ли мне светят тренировки в принципе.