Мечта длиною в лето

Волей-неволей Олегу Николаевичу Румянцеву пришлось заняться поисками работы, обречённо хватаясь за то, что подвернётся под руку. Несколько лет он торговал газетами в переходе метро, потом попробовал открыть свой магазинчик с секонд-хендом и, наконец, к сорока годам устроился водителем погрузчика на мельничный комбинат, навсегда покончив с мечтой о диссертации по Французской революции и якобинской диктатуре.

– Вот что жизнь делает с людьми, – сказала с иронией Юлька, когда из старой книги выпала фотокарточка двух молодых улыбающихся людей.

Они уверенно смотрели в объектив, словно загадывая, что впереди их ждёт именно та жизнь, какую они себе распланировали, и никаких бед с ними никогда не случится.

Перед отцом кашлять было бесполезно, хоть обкашляйся – он не заметит, и Федька решил, что надо бы ещё пробежаться к деду, живущему неподалёку, и попытаться убедить его в пользе деревенского отдыха, тем более что до начала каникул оставалась всего две недели.

Наскоро позавтракав и прихватив с собой рогалик с маком, Федька вышел на лестницу. Дверь соседней квартиры была приоткрыта, и оттуда доносился удушливый запах газа.

– Марь Семёновна, вы дома?

Ответа не последовало, и Фёдор опасливо толкнул незапертую дверь, обитую коричневым дерматином, потрескавшимся от времени.

* * *

Соседка Марья Семёновна Головщикова въехала сюда в позапрошлом году вместо надоевших всему подъезду разухабистых братьев-близнецов, любивших по ночам слушать тяжёлый рок и прицельно метать из окон пустые бутылки, норовя попасть в раскрытую глотку помойного бака.

Сразу по приезде, обзвонив все пять квартир на лестничной площадке, Головщикова по всей форме представилась высыпавшим на звонок жильцам:

– Добрый вечер. Меня зовут Мария Семёновна, я бывшая учительница, а теперь пенсионерка. Милости прошу заходить ко мне по-соседски, без церемоний, а если смогу помочь, то всегда буду рада.

Феде с первого взгляда понравилась невысокая, энергичная в движениях старушка с седыми волосами, убранными в пучок, и с остренькими серыми глазками, доброжелательно глядевшими на соседей.

– Румянцевы, рады познакомиться, – немногословно произнёс отец в ответ на приветствие и, пожав плечами, закрыл дверь, чуть не стукнув зазевавшегося сына дверной ручкой по макушке.