Сто поэтов начала столетия

А вот Евгений Бунимович, соратник Арабова по клубу «Поэзия», в хрестоматийных строках описывает тогдашние времена и нравы совершенно иначе:

В пятидесятых –

рождены,

в шестидесятых –

влюблены,

в семидесятых –

болтуны,

в восьмидесятых –

не нужны…

Арабов пишет о том же, о тех же, но – прислушаемся – дьявольская разница! С одной стороны, конечно,

Это было время, когда стреляли в других,

Ну а ты – только сигарету.

Это было время, когда давали под дых

И собак запечатывали в ракету.

Однако приглядимся: жизненная траектория родившихся в семидесятые имеет у Арабова совершенно иной вид. Да, влюблены были в шестидесятых (и в шестидесятые), но болтунами не были никогда, предпочитали молчание, а потому не испытали ни перестроечных иллюзий, ни постсоветских разочарований.

Кто кидал коктейль Молотова на врага,

Тот счастливее тех, кто его распил.

Я хлебал коктейль Молотова в года,

Когда каждый носил в глубине распил.

…………………………………

Наши следы в кабаках везде,

А вот Христос не оставил следов,

Потому что ходил по воде.

Из закусок были орех расколотый,

Двое шпрот, обветренных, как наждак.

И нам подавали коктейль из Молотова,

Чтобы мы заливали внутри рейхстаг.

Главные события всегда происходят «внутри» сознания, а значит – мало зависят от того, какое тысячелетье на дворе. Самое главное – что с чем сравнивать! В перспективе большого времени культуры подробности приобретений и утрат перестроечных иллюзий выглядят неразличимо мелко и бледно.

Необходимо сопоставлять не тучные годы со скудными, но видеть родство любых сегодняшних дней с временами, когда вершились главные, доселе не канувшие в небытие смыслы:

Еще не дождь, но пока не снег,

И гарь на ангелах городских.

Светофор говорит пешеходам: «Нет».

И дальше не видно следов никаких.

И дальше не видно обычных людей

С халвой, подарками для родных.

Лишь тьма и поступь слышна зверей…

Упоминание о халве прозрачно отсылает к Бродскому (точнее говоря, к его известнейшему «рождественскому» стихотворению), и эта отсылка для Арабова фундаментально важна.

Только сопрягая времена и смыслы, можно избежать насильственной деформации сознания, которая происходит тем более целенаправленно, чем более свободными, «демократичными» кажутся правила повседневной игры в жизнь:

Несколько политологов

Раздели меня донага.

Несколько политологов

Выудили из подкорки врага.