Толстушка Жанна

 – Мне одно в голову втемяшивала, а тебя даже пальцем не тронула.

Обидно стало за себя. Себя ту, восемнадцатилетнюю. И что за несправедливость такая? Старшую дочь заставляли учиться, а младшую под венец отдают…

Переночевав в отчем доме, Вероника и Марта начали готовиться к свадьбе. Сначала регистрация в сельсовете, а потом гости и стол. Марта помогла сестре сделать прическу, нацепила фату на ее голову, накрасила глаза и губы. Мать ходила вокруг и искоса поглядывала:

– И для чего мазюкаться? Зачем? Без ваших штукатурок нормально выглядите.

– Ой, Паша приехал! – Вероника увидела в окно притормозивший автомобиль «Волга».

– Ого! – Марта тоже мечтала, чтобы за ней приехали на Волге.

– Эту машину нашему Пашеньке в городе выдали. У него родственник есть, какой-то важный, – гордо произнесла мать и побежала встречать жениха с его дружной свитой.

Марта уставилась на машину, предчувствуя что-то нехорошее. Она дождалась, когда жених выйдет из салона, и попятилась к столу.

– Ах ты ж сволочь, – вырвалось из ее губ. – Не всех еще девок в нашей деревне попробовал?

– Что? – Вероника стояла напротив зеркала, поправляя фату на плечах. Она не расслышала, что сказала сестра.

Марта промолчала. Это ж надо такому случиться? Паша, с которым она сбежала пять лет назад, загулял практически сразу, Марта вернулась к матери, а сейчас он женится? Женится на младшей сестре?

– Поверить не могу, – пробормотала Марта и села на кровать.

– Как думаешь, стоит ли уезжать из деревни? – начала разговор Вероника. – Паша в город зовет, а я мать не хочу оставлять. Да и в деревне лучше.

– Решай сама, – отмахнулась Марта, настраиваясь на скандал.

– А как бы ты поступила?

– Я уже переехала.

– В деревню… – Вероника села рядом. – А в город, ты бы хотела? – она застенчиво улыбнулась.

– Не знаю.

Марта взглянула в счастливые глаза Вероники с такой скорбью, что та перестала улыбаться.

– Что с тобой?

Что, что… К Паше, как оказалось, до сих пор тянет. Увидела его, и в груди все всколыхнулось. А может это не любовь, а обыкновенная обида? Обида за то, как он с ней поступил…

– Ничего, – прошептала сестра, потирая большой палец левой руки.

– Ой, Марта, если бы ты знала, как я сейчас счастлива, – залепетала детским голосом Вероника.