Будьте готовы, Ваше высочество!

Климентий попробовал было пощекотать высунувшуюся пятку. Но грешник ни за что не вылезал на свет.

– Я два года… все про вас воображал, – слышалось из-под одеяла. – И по занятиям я из-за вас хорош был… и по авиации тоже старался. Можете спрашивать. Я все отвечу. И девиацию знаю… и триммер… Вы спрашивайте… Ну что хотите спросите.

– Чего ж тебя спрашивать? Вот пристал вдруг… Ну ладно. Как вот, скажи, допустим, ты бы машину посадил при боковом ветре, если, скажем, вынужден сесть или подходы иначе не позволяют?

– Посадка при боковом ветре производится при ветре, дующем справа или слева от направления посадки, – зарапортовал совсем иным голосом Гешка под одеялом.

 – Сажать при работающем моторе? – деловито спросил он.

– Ладно, Бог с тобой уж, сажай с работающим.

– Тогда, значит, надо скользить на крыло туда, откуда ветер. И по-над землей выровняться, и газануть как следует, чтобы шибче садиться, чем если как всегда.

– Фу-ты история! – изумился летчик. – Прямо на три точки. Откуда это ты?

Через четверть часа Климентий знал уже все.

Сперва он хмурился, потом только головой качал.

– Ну, вылезай, вылезай!.. Нечего уж теперь скрываться… – говорил он, расхаживая по комнате. – Что же, брат так брат! У меня таких братишек в каждом городе по двадцать человек. Честное даю слово! Не все, правда, себя так уж родственниками заявляют, но тоже вроде свояки. У меня даже переписка налажена: они о своих делах, о школе, а я – о своих! Работящие ребята! Но ты уж того, брат Гешка, немного лишка перехватил.

Ты бы уж, в крайнем случае, один про себя играл, а то, видишь, и других в дело запутал. Да, неловко получается. Корысти, верно, тебе никакой, да врать не надо. Врать – это без пяти минут последнее дело.

– А последнее какое? – спросил Гешка.

– Последнее дело, – сказал Климентий Черемыш, садясь на край постели, – последнее дело, Геша, – это если долг свой, понимаешь, дело, которое тебе поручено, и вот завалить. По-нашему это значит самое распоследнее дело. Понял?

– Понял, – сказал Гешка.

– То-то…

Летчик легонько потрепал его за нос:

– А у тебя, значит, тоже, как и у меня, однофамильцев хоть пруд пруди, а родни никого?

– Нет, у меня сестра в Москве есть. Только так… – Гешка махнул рукой. – Хоть и старшая сестра, ну неинтересная. Она, знаете, это… шьет, в общем.

– Портниха, что ли? – догадался летчик.

– Да, вроде. Там они какие-то спецодежды кроят.

– Ну что ж, тоже хорошее дело, – сказал летчик.