ИнтернатовскаЯ. Повесть

– У-ф-ф, я уж думала, тебя в угол поставят, – выдохнула Маша, открыв учебник по математике. – Не хочется стоять у всех на виду. Стыдно.

– Стыдно, когда тебя унижают, – задрав нос кверху, произнесла Света. – Надеюсь, Галька останется одна. На всю жизнь.

Прошло несколько месяцев. Канун Нового года.

– Опять этой целый пакет конфет привезли, – Светлана завидовала Гале по-чёрному. – Везёт же.

– Она же тебя угостила, чего ты? – Маша откровенно не понимала придирки подруги к чужому «счастью».

– Сунула одну, как попрошайке, – стоя у окна, Света водила пальцем по запотевшему стеклу.

– Ей повезло… – Маша подошла к подруге, – а нам – нет. Когда я вырасту, куплю целую телегу шоколадных конфет.

– Угу, пока ты вырастешь, эта Галька съест все конфеты.

– Не переживай, не съест, – успокаивала Маша.

– Машенька, – в комнату кто-то вошёл, и Маша обмерла.

Знакомый до боли голос заставил ребёнка не чувствовать пола под ногами. Маша медленно повернулась и, сорвавшись с места, подбежала к женщине.

– Мама! Мамочка! – обхватила Иру за пояс и прижалась к её животу. – Где ты была так долго? Я соскучилась!

Ирина поставила тряпичную сумку на пол и погладила дочь по голове. Девочки, наблюдавшие за душераздирающей сценой, замерли.

– А я не одна, – подняла голову Маши, взявшись за подбородок. – Со мной Катя.

– Где? – Мария закрутила головой.

– Катя! Иди сюда! Хватит картинками любоваться! – Ира позвала младшую дочь.

Катюша, оторвавшись от стенда с рисунками, побежала на зов.

– Мама сказала, что ты теперь здесь живёшь, – плакала Катя, обнимая сестру. – А ты правда хочешь жить в городе?

– С чего ты взяла? – Маша немного отстранилась и посмотрела сначала в глаза Кати, а потом перевела взгляд на маму.

– Здесь тебе будет лучше, Машенька, – Ирина изменилась в лице. – Ты меня поймёшь, когда станешь взрослой. Мама своему ребёнку плохого не пожелает.

Маша никак не могла понять, что же хорошего, если она месяцами не видит сестру и братьев, скучает по матери и родному дому.

– Я домой хочу, – прошептала Мария и уткнулась лицом в старенькую вязаную кофту мамы. – Забери меня, пожалуйста.

– Тебя здесь обижают? – у Ирины сжалось сердце. – Кто?

– Неправда! – в разговор влезла Света, почувствовав ревность к подруге. – Я за неё заступаюсь! Никто не обижает! У нас все дружные!

Светлане не хотелось отдавать Машу.