Когда луна окрасится в алый

Молодой, но с большим количеством шрамов, возможно, недостаточно ловкий, чтобы без последствий уклоняться от атак…

Грохот шагов прервал поток мыслей Генко, и она тут же скользнула вниз, припадая грудью к земле и уклоняясь от пролетевшей над головой палицы. Они действительно оказался быстрым. Не теряя времени, он моментально перестроился и поднял ногу в попытке раздавить кицунэ, но во вторую ногу, опорную, тут же вцепились лисы, позволяя Генко откатиться в сторону и избежать удара.

Демон тяжело навалился на занесенную ногу и мощным движением тряхнул второй.

Лисы с пронзительным визгом разлетелись в стороны. Они падали в снег и ударялись о деревья, но их место тут же занимали другие лисицы. Демон взмахнул тэцубо, сметая со своего пути помощников Генко, пока сама кицунэ поднималась на ноги и обдумывала следующий шаг.

Кицунэ-би – маленькие шарики лисьего огня – заплясали на ладонях Генко, становясь все больше и больше, пока не выросли до размеров головы они. Она тут же запустила сначала одним шаром, потом вторым.

Одежда демона вспыхнула, и Генко бросилась в атаку. Лисы, не дожидаясь приказа, кинулись демону под ноги в надежде повалить того на землю, но были отброшены назад новым ударом дубины.

По лесу прокатился еще один раскат смеха они.

Стянув с себя остатки пылающей накидки, демон небрежно бросил ее на землю, оставшись только в набедренной повязке из тигриной шкуры. Широкую грудь покрывало еще больше шрамов. Они отчего-то стал казаться еще выше и шире, будто одежда умаляла его размеры.

– Лисичка, такой мелочью меня не пронять! – Они хохотнул, поигрывая тэцубо, и как бы между делом ударил ею нескольких подвернувшихся под руку лисиц. Жалобно тявкнув, они рухнули в снег, окрасив его в багровый цвет и замолчав навеки. Остальные лисы предупреждающе зарычали, но демон не обратил на них никакого внимания, полностью сконцентрировавшись на Генко.

Кицунэ рыкнула, не сдержавшись, впервые показав свою ненависть и ярость, но это вызвало новый приступ смеха у демона.

– Лисичка, видишь эти шрамы? – ткнув себе в правую половину груди, где виднелись хаотичные следы когтей, спросил они. – Я лично нанес себе каждый из них когтем ёкая, который служил ками и которого я убил. Еще ни один из вашей братии не ушел от меня живым. Вот эти принадлежали тэнгу. – Он показал на переплетение шести рубцов. – А эти – кицунэ. Вот эти – тануки, а здесь – бакэнэко[25 - Кошка-оборотень в японской мифологии, обладающая магическими способностями.].