Нескучный киносад (сборник)

– В чем дело? Тебе плохо?

– Отстань! – выдохнул Егор. – Беги!

Но она не отставала:

– Что с тобой?

– Отвали!..

Тут – уже пешком – подошли Микола и Вахтанг.

– Оставь его, – сказал Вахтанг и вместе с Миколой стал поднимать Егора.

– А что с ним? – не унималась Катя.

– Та вин же афганец, – сказал Микола. – У него ранение було, у легкое. Его условно взялы в училище…

– Заткнись! – приказал ему Егор и, злобно зыркнув глазами на Катю, побрел к финишу – к воротам училища.

Факт номер три. Помните, как в фильме «Старшая сестра» Доронина с придыханием произносит монолог: «…Вы любите театр? Я хочу спросить, вы любите театр, как люблю его я…»? Почти с таким же придыханием каждый летчик вспоминает свой первый самостоятельный полет.

– Запомните этот день! – сказал старшекурсникам «Жан Рено» и оглянулся по сторонам: – Вообще, братцы, скажу вам как мужикам. Не каждый из нас помнит свою первую женщину. Но! Каждый летчик – на всю жизнь – помнит свой первый полет. Это железно.

– Ура! – крикнули старшекурсники, стоя на учебном аэродроме у Як-18.

– Отставить! – сказал «Жан Рено» – По экипажам – рассчитайсь! Первый экипаж?

– Гринько и Микеладзе!

– Второй экипаж?

– Швырев и Венделовский.

– Третий экипаж?

– Селиванов и Казачков…

– Итак, – сказал «Рено», – каждый экипаж имеет двенадцать минут самостоятельного полета. То есть взлетели, сделали круг над аэродромом и зашли на посадку. Имейте в виду: посадка – самое сложное.

Микола и Вахтанг поднялись в самолет с бортовым номером 42, заняли места командира и второго пилота.

«Жан Рено» кивнул Егору на второй самолет.

– Спешнев! Со мной… – И поднялся во второй Як-18 с бортовым номером «44», спросил в ларинг: – Сорок второй, как слышите? Прием.

Сидя в переднем кресле командира Як-18, Микола доложил:

– Сорок четвертый! Вас слышу, к полету готов! Разрешите исполнительный старт.

– Сорок второй, – сказал «Жан Рено». – Исполнительный старт разрешаю. Прием.

Микола и Вахтанг взяли карты-инструкции и вслух перечислили каждый этап взлета и функции всех приборов. Эта так называемая «молитва» обязательна для любого взлета и посадки и свято выполняется всеми пилотами мира. «Жан Рено» и Спешнев в своем самолете сделали то же самое.

Издали, из разных концов аэродрома курсанты младших курсов следили за ожившими самолетами.