Рассказы

«Валяли дурака», – говорил папа. Я тогда не представлял, что это за дурак такой, и как его валять, но делали мы это, как говорил папа, знатно.

По выходным мама много работала, а если не работала, выгоняла нас прочь из дома, чтобы мы не мешали ей убираться. Тайком от мамы мы ели вредную еду – всякие бургеры и картошку фри, мороженое, пили колу, смотрели фильмы в кинотеатре, гуляли в парке аттракционов или просто играли в детском городке. Я не помню, сколько мне было, когда это началось, но, сколько помню, так было всегда.

Когда я еще не разбирался в днях недели, каждое утро спрашивал: «Сегодня суббота?». Потом я понял, что если просыпаюсь сам, то сегодня суббота или воскресенье. А если меня будит мама, значит сегодня надо идти в садик.

Так вот, папа уехал в понедельник, когда я был в садике. Вечером мама забрала меня и отвезла домой, и папы еще не было. А потом пришли тетя Ира с тетей Мариной. Во вторник у мамы разболелась голова, и я остался дома. Мама лежала грустная-грустная, и я подходил к ней, прижимался и обнимал ее.

В пятницу папы тоже не было.

А в субботу он вернулся. Я сидел и возил ложкой в тарелке с кашей, когда мама сказала, что папа ждет меня во дворе. Я выглянул в окно, увидел его и закричал:

– Папа!

А он улыбнулся и махнул рукой, спускайся, мол.

– Мама, помоги одеться! – закричал я.

– Сначала кашу доешь. Живо!

С мамой не поспоришь. Я быстро доел кашу, одел приготовленную мамой одежду и побежал к папе.

Папа обнял меня, прижал к себе и стал нюхать мою голову. Не знаю, зачем он так делал.

Мы гуляли весь день. Смотрели кино про динозавров, ездили в парк развлечений, катались на картингах и каруселях, съели гору мороженого.

Потом мы поехали в магазин игрушек. Я старался быть спокойным, но мне не терпелось поскорее начать изучать витрины.

– Ну, беги! – улыбнулся папа. – Выбирай, что хочешь!

– Ура! – закричал я и побежал выбирать.

Я долго не мог выбрать, даже вспотел. Я брал то одно, то другое, ставил на место и возвращался к тому, что понравилось.

Вдруг у папы зазвонил телефон, он поговорил и стал меня торопить:

– Сынок, определяйся скорее! Мама говорит, что пора домой.

– Пап, я не знаю! – сказал я.