Во имя любви

Он следил за ней, пока она, необычайно грациозная в своем белом платье, кружилась по залу. Танцевала же красавица с маркизом Литом. Выходит, счастливым соперником Гарри был Лит Фэрбродер, сказочно богатый выходец из весьма влиятельной семьи?

А на другом конце зала хмурила брови леди Вера. Причем выражение ее лица было таким, словно она собиралась живьем содрать с Гарри кожу. Пожав плечами, молодой человек с сожалением улыбнулся. Мог ли он объяснить леди Вере, что после мимолетной встречи в саду стал совсем другим человеком?

– Кто эта симпатичная девушка, танцующая с Литом? – спросил Гарри у своего друга Бесуика.

Приятелю потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о ком шла речь. Парень, должно быть, ослеп – ведь эта девушка затмевала всех остальных женщин.

– Блондинка? – переспросил, наконец, Бесуик.

– Да, она, – кивнул Гарри.

– Это Софи Фэрбродер. – Бесуик с удивлением посмотрел на друга. – Но не слишком ли высокие запросы для нищего младшего сына, а, приятель? Ведь она же – сестра Лита.

«Проклятье!» – мысленно воскликнул Гарри. Но не поэтому ли плакала красавица?.. Выходит, ее выдавали замуж за нелюбимого?

– Ты говоришь о графе Десборо? – проворчал Гарри.

Бесуик рассмеялся.

– А что, есть другой? Они с Литом вращаются в одних и тех же политических кругах. К тому же этот брак объединит два весьма внушительных капитала. У девчонки – богатейшее приданое. Странно, что ты ничего об этом не слышал.

– А она любит Десборо? – спросил Гарри и тут же пожалел об этом.

Бесуик снова рассмеялся.

– Кому до этого дело, когда у нее столько золота? Господи, да я и сам занялся бы ею, не знай Лит о том, что мои карманы пусты. Хотел бы я, чтобы он переключил свое внимание на тяжбу с Седжмуром, – неожиданно добавил приятель.

– О какой тяжбе ты говоришь? – спросил Гарри.

– Парень, ты что, в пещере жил все последнее время? – с усмешкой проговорил Бесуик.

Гарри нахмурился и проворчал:

– Нет, всего лишь хоронил Питера и помогал Элиасу освоиться в новой для него роли лорда Уилмота.

На добродушной физиономии Бесуика отразилось смятение.

– Ох, прости, старина, я забыл. Всему виной мое разочарование при виде того, как жирный голубь летит к тому, чья голубятня и так уже полна.

Гарри невольно улыбнулся. Финансовые проблемы его друга были известны всему Лондону.

– Выше нос, Бесуик. Перед рассветом ночь всегда темнее.