Львы и лилии

– Если тебя это не устраивает, – говорил Нико, – можешь убираться. А я не хочу подставляться…

Ему отвечал мужчина – похоже, это был Пабло, но его слов Ваниль не разобрала.

В их голосах звучала угроза, и на какое-то мгновение Ваниль почувствовала себя Консуэло, которая через колодец проникла в подземное убежище графа Альберта, в его тайную жизнь.

Она громко кашлянула – голоса внизу мгновенно стихли.

– Ваниль? – крикнул Нико.

Она сбежала по лестнице в гостиную и увидела Пабло, стоявшего у высокого окна, выходившего на террасу.

Пабло перевел взгляд с девушки на хозяина и вышел.

– Отдохнула? Ну и хорошо. Сейчас мы поедем в Пальму, к Сандре. Это замечательная женщина, она тебе понравится. Считай, что это мой первый тебе подарок – Сандра.

Нико улыбался, говорил легко, и нельзя было поверить, что минуту назад его голос был жестким, тяжелым, ржавым.

– А после Сандры – ужин. Я заказал столик в ресторане. Рыба или мясо?

– Ой, да все равно!

– Значит, рыба.

Она взлетела наверх, скинула халат, вывернула из чемодана на пол одежду, выхватила простенькое светлое платьице, светлые же трусики и лифчик, вдруг обернулась – увидела Пабло, который с террасы невозмутимо наблюдал за нею.

Охнув, Ваниль метнулась в ванную, заперлась, прислушалась. Сердце колотилось. Он видел ее голой, всю видел. Глаза у этого Пабло были как у рыбы, у чудовищной рыбины, поднявшейся вдруг из морских глубин, чтобы умертвить своим взглядом все живое под солнцем.

Ваниль встряхнула головой. Ну его к черту, этого Пабло.

Она приехала к Нико, а он не даст ее в обиду. Быстро оделась, выглянула из ванной – на террасе никого не было – и выбежала из комнаты.

Во дворе у кабриолета ее ждали улыбающийся Нико и невозмутимый Пабло.

Сандра оказалась хозяйкой то ли магазина, то ли салона красоты. Как рассказал Нико, ее отец был сербом, а мать – украинкой, поэтому Сандра сносно говорила по-русски. Высокая, худая, узколицая, она взяла Ваниль за руку, подвела к окну, покачала головой.

– У ее лица нет истории, – сказала она.

 – Сколько тебе лет?

– Двадцать семь, – сказал Нико.

– Двадцать шесть, – поправила Ваниль.

Сандра фыркнула и решительно потащила Ваниль за собой.

Через пять часов совершенно обалдевшая Ваниль предстала перед Нико: новая прическа, новое платье, новые туфли, новые запахи и, кажется, новое тело.

Сандра принесла шкатулку, Нико велел Ванили повернуться и застегнул на ее шее колье.

Ваниль взяла Нико под руку, и они отправились в ресторан.