Когда мы покинули Кубу

У вас же не все так просто: коммунисты дышат в затылок, и, если Латинская Америка погибнет, вам тоже не сносить головы. Это в ваших интересах – что-то сделать с пороховой бочкой, которая находится в девяноста милях от вашего берега. Это вам нужна Куба. И я. Давайте не будем недооценивать интеллекта друг друга, делая вид, что не понимаем этого.

Дуайер склоняет голову, окутанную табачным дымом, в насмешливом выражении почтения.

– Эдуардо прав: у вас не просто милое личико.

Эдуардо Диас, сын друга моего отца, организовал для меня эту встречу.

Дуайер затягивается.

– Хорошо, начнем разговор по-другому. Почему вы считаете, что сможете приблизиться к Кастро?

– Потому что он мужчина.

Разве этого не достаточно? Если в моей коллекции уже пять предложений руки и сердца, то, наверное, я имею некоторое представление о том, как обращаться с противоположным полом.

– Вы с ним знакомы? Он был в числе ваших поклонников?

Я в очередной раз убеждаюсь, что моя слава идет впереди меня.

– Нет, он не имел такого удовольствия. Зато несколько раз я виделась с Че Геварой.

– И Гевара вам доверяет?

Я позволяю себе очень неизящно фыркнуть.

– Вряд ли. Думаю, ему вообще нет до меня особого дела, но это ведь хорошо, не так ли? Для них я девушка из светской хроники, одна из пресловутых сахарных королев. Таких, как я, они презирают, но устоять против нас не могут. Угрозы во мне они не увидят, а досадить моему отцу непременно захотят.

Я замолкаю: договаривать нет смысла. Что революционеры, что тираны – все они в конечном счете мужчины, и руководит ими не интеллект.

Дуайер еще раз окидывает взглядом подчеркнутые изгибы моего тела. От него не укрывается то, что для нашей семьи настали не лучшие времена: платье не самое модное, туфли подобраны плохо, на шее блескучие стекляшки.

Какую бы горделивую позу я ни приняла, я тоже кое в чем заинтересована, и он это знает.

– И как вы предполагаете к нему подобраться? Для этого вам нужно вернуться на Кубу?

Он дразнит меня, как ребенка конфеткой. Чего бы я только не отдала, чтобы вернуться в то единственное место на земле, где я чувствую себя как дома! Чтобы встретиться с друзьями и родственниками, чтобы прекратилось бесконечное ожидание.

– Наверное, – говорю я.