История войны и владычества русских на Кавказе. Народы, населяющие Кавказ. Том 1

Дверь в кунахской неожиданно скрипнула, Джан-Клич обернулся – перед ним стоял статный молодец.

– Добро пожаловать, что нужно? – спросил он незнакомца.

– Пришел за твоей дочерью, – отвечал тот.

– Ого, какой молодец! А знаешь ли, что сотни славнейших молодцов и удальцов со всего света домогались этой чести и никто не смог получить?

– Знаю и смеюсь над ними! А я получу то, за чем пришел.

– Неужели?.. Что же ты сделал такого, что дает тебе право быть счастливее сотни твоих предшественников?

– Пока ничего, но сделаю…

– Когда сделаешь, тогда и приходи.

– Не гони! Увидишь, что сделаю, но прежде скажи: сам-то ты храбр ли, силен ли?

– Слава Аллаху! – отвечал Джан с достоинством. – В нашей семье еще не было труса, и имени Улудая боятся от Дербента до Анапы! А силен ли я?.. Вот дедовские панцири, подыми, если можешь… Я ношу их на себе…

– О да! Ты храбр и силен. Ни тебя, ни предков твоих никто еще не побеждал?..

– И не будет такого счастливца, – отвечал с самодовольством Джан-Клич.

– Неужели?

И незнакомец вскочил, выхватил кинжал и приставил к груди Улудая.

– Слушай, – сказал он ему, – сопротивление бесполезно, ты один. У меня – посмотри в потолок – двенадцать нукеров целят в тебя.

Взглянул Улудай вверх и видит двенадцать дул, направленных в него сквозь крышу сакли.

– Я могу сделать то, – продолжал незнакомец, – чего еще никто никогда не делал: могу убить одного из Улудаев, убить тебя… Хочешь, сделаю?

– Нет, не хочу.

– Но ты согласен, что могу сделать то, чего еще никто не сделал?

– Совершенно согласен.

– Итак, я выполнил условие и теперь могу жениться на твоей дочери.

– Выполнил, и я сдержу данное мною слово, но это еще не все.

– А что еще?

– Чтобы стать мужем моей дочери, надо исполнить то, что она потребует.

– Как так? Об этом не было объявлено.

– Нет, извини, условие записано в Коране андреевского эфенди Сулеймана.

Делать нечего, претендент вместе с отцом отправились к красавице. Прекрасная Шекюр-Ханум сидела на своей половине на парчовых подушках, окруженная старухами.

– Мне легко угодить, – сказала она сладким голосом и с лукавой улыбкой посмотрела на него.

Князь отвечал, что готов для нее исполнить даже самое трудное дело.

– Сделай самую обыкновенную вещь, – сказала красавица. – Если ты назовешь и сделаешь сто дел и не отгадаешь задуманного мною и известного этим трем старухам, то я не буду твоей женой.