Ступает слон

Суть гетеросексуальных отношений в том, что есть женщины и есть такие подлые палочники в зеленой форме, которые научились притворяться растениями. Им это удается по двум причинам: во-первых, они не так уж далеко ушли от растений по развитию, а во-вторых, потому что они законодательно запретили женщинам называть себя „палочниками“. И обязали каждую женщину держать дома по кадке с палочником-растением. И каждый вечер этим женщинам приходится насаживаться влагалищем на это растение. Улавливаешь? А это достаточно больно, потому что чаще всего палочники притворяются кактусами, потому что на большее у них просто не хватает воображения».

Я хихикнула и тут же снова бросила взгляд на парня напротив. Он уже перестал говорить и теперь с еще более уставшим лицом что-то слушал, откинув голову назад и вытянув руки по швам. В этой позе он достаточно напоминал палочника, чтобы я снова отвернулась, только чтобы не рассмеяться.

«Спасибо, – написала я Мари. – Теперь мне все-все понятно».

«! Муся, – то, что Мари отвечала текстом, означало, что она пришла домой и сидит за столом с родителями.

«Поезд!» – ответила я. Перрон наконец тронулся и поплыл. Из-за рябящей серой плитки голова тут же заболела сильнее, и я поскорее закрыла глаза. Надо было написать маме и тете и можно было попробовать подремать.

Закончив с административной частью моего отъезда из Москвы, я, подумав, написала Тане. Из-за поездки на север я пропускала ее выпускной.

«Удачи! – Таня ответила сразу.

«Обязательно, – написала я. – Можно будет вас с Аной куда-нибудь сводить?»

Последнее сообщение я перечитала с особенной гордостью. С Таниной девушкой я не общалась, но очень хотела познакомиться поближе. Они обе были на класс старше меня, но если Таня казалась мне старшей близкой подругой, то Ану я воспринимала как человека из какого-то совершенно другого мира.

«Не знаю, – написала Таня. – Я спрошу, но она уедет в конце июня на пару недель.

«В конце месяца, – написала я. – В тридцатых числах».

«Марусь, тебе семнадцать или тридцать?» – написала Таня. Если бы я была рядом с ней, я бы показала ей язык.

«Я приеду в Москву двадцать восьмого», – написала я, сверившись со скринами билетов.

«Аны уже не будет, – написала Таня. – Но я буду в Москве, так что можем встретиться)».

«Отлично! – ответила я. – И я тебя еще раз поздравлю с выпуском, обязательно».