Форс-мажор. Рассказы

Когда они вернулись назад, вся компания в нетерпении прогуливалась по берегу, обсуждая предстоящее развлечение.

Граков сам примотал синей изолентой тридцатисантиметровый отрезок бикфордова шнура к тротиловой шашке, поджег шнур, размахнувшись, швырнул заряд на середину речки и ничком нырнул за толстый ствол ближайшей березы. Остальные уже осторожно выглядывали из-за схожих укрытий.

Полминуты прошло в напряженном молчании, прерываемом лишь работой бабьих кос.

Вжик-вжик, вжик-вжик.

Потом над водой взметнулся небольшой фонтанчик, раздался негромкий хлопок, и вновь все стихло.

Выждав, рыболовы выбрались из укрытий, подошли к воде и стали напряженно всматриваться в поверхность. Прошло несколько минут. Ни одна рыба не всплыла.

– Слабовата шашка, – заметил Турунов. – Только пукнула. Ладно, черт с ней, давайте лучше еще по рюмахе.

На этот раз выпили без тостов, разочарование переросло в неловкость, натянутость. Да и закуска подходила к концу – надеясь на рыбу, ее хорошенько не рассчитали.

– У меня покрепче есть, – внезапно подал голос молчавший до сих пор и неясно с какой целью взятый сюда Петя.

– Самогонка, что ли? – хмыкнул Вова Симов. Выпил он заметно меньше других, так как не меньше часа провел под водой, пытаясь разглядеть что-либо на илистом дне, заигрывание с Граковым ему не нравилось, но надо было терпеть, и он тоже начал скучать. Возможность врезать покрепче, чтобы день не прошел совсем уже зря, и заодно посмотреть поближе, что за гусь этот Граков, его немного оживила.

– Зачем самогонка? – Петя неторопливо обсосал последнее куриное крылышко и обтер пальцы о пучок травы, не обращая внимания на толстую пачку красных бумажных салфеток. – Бомба.

– Что еще за бомба? – не понял Симов, предполагая нарваться на очередной эвфемизм. Если для местных «шашка» – это просто тротиловый заряд, то «бомбой» вполне может оказаться какая-нибудь горячительная смесь покруче самогонки.

– Обыкновенно какая. Самолетная. На огороде в позапрошлом годе нашел, схоронил на всякий случай. Рванем, может?

– Конечно, рванем! – Граков и сам ощущал некую ответственность за выбранное им место, прямо сказать, не самое удачное. А неудач он не любил. Зато любил говорить, что из любого поражения надо уметь выклевать зерна победы, сам применял эту формулу давно и удачно, и теперь вновь оживился. – Где она у тебя? Давай, Серега, сгоняем.