Защитник

У Курта псориаз, и он чувствует себя лучше на солнце…

Женщина, которая где-то между сообщением о Португалии и замечанием про солнце представляется Евой Нильссон, зажигает сигарету и зажимает ее тонкими губами, осмысливая новость.

– Так вот, я почти не знаю Ясмину, мы просто здороваемся, когда видим друг друга, максимум обмениваемся замечаниями о погоде… Боже правый, поверить не могу, что она мертва! Неужели это правда?

– Да, это ужасно, – говорит Эбба. – И нам нужно поговорить со всеми, кто живет по соседству, но… я предполагаю, что этот мужчина в доме – это ваш муж? – он не открыл, когда я звонила.

Ева закатывает глаза и просит Эббу следовать за ней.

Они обходят вокруг дома, и Эбба кивает на сумку, которую несет Ева:

– Вы уезжали?

– Ну нет, так нельзя сказать.

– Что вы имеете в виду? Нам важно знать, были ли вы дома, не слышали ли или не видели ли чего-нибудь подозрительного?

Ева придерживает дверь для Эббы и немного медлит с ответом.

– Дело в том, что это довольно болезненный вопрос.

Мы с Роландом находимся в состоянии развода, так что я не хотела бы говорить об этом прямо сейчас.

Она проходит дальше к двери, в которую Эбба недавно звонила, отпирает ее и пропускает Эббу в прихожую, где до сих пор пахнет свежесваренным кофе.

Они застают Роланда в спальне, он сидит, прислонившись к спинке двуспальной кровати и скрестив руки на груди, и, не отрываясь, смотрит хоккейный матч по телевизору, закрепленному на стене. За те несколько минут, которые прошли с их встречи с Эббой, он вспомнил о приличиях и натянул на себя футболку.

Футболка застиранна, и в ней кое-где зияют мелкие дырочки, но это лучше, чем ничего. Эва сообщает Роланду, что Эбба из полиции, а Эбба только улыбается и не поправляет женщину. В конце концов, она ничего такого не говорила, Эва все додумала сама. Роланд отводит взгляд от телевизора только в тот момент, когда понимает, что речь идет об убийстве.

– Ясмина? Это ее убили? Когда?

– Прошлой ночью, – говорит Эбба. – Но сначала я спрошу, почему вы не открыли мне, когда я звонила.

Роланд фыркает:

– Я никому не открываю. По улицам кто только не шатается. Мошенники так и рыщут повсюду.

– Хорошо, – соглашается Эбба, хотя и не верит ему. – А вы были дома вчера вечером?

– Да.

– Весь вечер и всю ночь?

– Да.

Эбба проходит в глубь комнаты и отчетливо чувствует запах перегара. Она очень хорошо понимает, как этот Роланд сейчас себя чувствует примерно так же, как и она сама.