Последнее пророчество

Теперь же Алексия монотонно перемешивала деревянной ложкой постную кашу, как будто искала в ней что-то съедобное. Когда поиски не увенчались успехом, она отставила тарелку в сторону и с безграничною грустью спросила:

– И тут так всегда кормят?

– Светлая не поощряет низменные удовольствия, – важно ответила сидевшая рядом послушница.

– Зря, так бы последователей у неё было существенно больше и…– не успела договорить свою мысль Алексия, как получила пинок под столом, Мари округлила глаза и отрицательно покачала головой.

Ближе к обедне пожаловала официальная делегация семьи Гилберг, и вот теперь девушки активно начали претворять план побега в жизнь.

– О, Светлая, зачем здесь такой вырез глубокий?! – Марианна в ужасе смотрела на свою грудь. – Стыдно-то как.

– Не выдумывай, обычное платье, сейчас в столице все так ходят, – пробормотала Алекс, затягивая потуже корсет. – А вот сюда прицепим шляпку с вуалью и никто тебя не узнает.

– Но лицо всё равно видно, – Мари с сомнением рассматривала себя в маленькое зеркальце.

– Глупость, кто смотрит на лицо, когда есть такое декольте! – засмеялась Алексия. – Всё, пойдём, я буду отвлекать, а ты смешайся с толпой.

Мари безумно переживала, но на неё и правда никто не смотрел, всеобщее внимание было на семье бургомистра. Алексия идеально справлялась с поставленной задачей и вскоре вся процессия вышла за монастырские ворота. На площади Марианна остановилась среди многочисленных зрителей и сделала вид, что очень заинтересована выступлением бродячих музыкантов.

– Куда, красавица, торопишься? – он подхватил её под локоть и помог выйти на свободный от людей деревянный тротуар.

– Опаздываю, милый господин, – Мари, наконец, посмотрела в его лицо и невольно улыбнулась – такая заразительная и открытая улыбка была у незнакомца.

– Не смею задерживать, удачи тебе и спасибо! – и он быстро растворился среди людей на площади.

Мари же немедленно поспешила к дому Алексы.

«Какой приятный молодой человек», – наивно думала она, пока не поняла, что этот славный парень срезал несколько драгоценных камней с рукава платья. Дальнейшие её мысли были понятны только Тёмной Матери и в приличном обществе так даже не думали.