Последнее пророчество

Мастер Зейн с первой лучины зарекомендовал себя как очень злобного оборотня, незамедлительно отправив весь курс на пробежку. Уже после первого круга появились выбывшие и прозвучал робкий вопрос:

– А когда начнётся сама боевая магия?

– У вас никогда, – усмехнулся преподаватель, – ваше дело научиться хотя бы убегать. Ещё пять кругов за дополнительные вопросы!

– Но…

– Семь кругов, – рявкнул мастер.

Методика оказалась действенная, больше вопросов никто не задавал.

Если в начале Мари и переживала за свой внешний вид, то вскоре тревога о брюках сменилась мечтой о простом человеческом счастье – выжить и доползти до комнаты.

В какой-то момент она отстала от всех и села у орехового дерева на обочине.

– Быстро ты сдалась, – раздалось у неё над головой. – А где твоя красивая подружка?

– Что ты здесь делаешь?! – Мари рассматривала знакомого хитреца. – Мы решили, что ты самостоятельно вернулся в город.

– Ага, прямо в лапы магистрату и злющему бургомистру? – ехидно проговорил он, зажав сухую травинку между зубов.

Со стадиона раздался рёв преподавателя и стало не по себе от его грубого обращения к студентам, которые сейчас были перед ним. Он их абсолютно не жалел.

Мотивировать у мастера Зейна получалось идеально, и двое, не договариваясь, немедленно вернулись на дорожку.

– Меня зовут Мари, – отрывисто и тяжело дыша проговорила девушка.

– Жаль, твоё выдуманное имя мне нравилось больше.

– О, мы уже друзья? – девушка ненадолго остановилась, переводя дыхание.

– У меня выбор небольшой и надо же будет у кого-то списывать, – обворожительно улыбнувшись сказал парень. А затем, подхватив Марианну под локоть, потащил её к финишу.

По пути они собрали ещё нескольких первокурсников разной степени усталости. Боевая магия оказалась прекрасным вариантом для сплочения курса: безграничная ненависть к мастеру Зейну объединила и подружила всех.

Как и предупреждал на поступлении ректор, учебный план единственной студентки факультета предсказаний был не совсем стандартным: в нём полностью отсутствовали профильные предметы и поэтому Мари посещала только общие занятия. Но если с общей теорией у неё было всё замечательно, то практика страдала – её дар стихии был очень низкого уровня, и это становилось трудно игнорировать.