Остров Свободы

Она тоже выдавалась по продовольственному пайку в высоких жестяных банках, где они были уложены по три штуки. Янтарная и твёрдая икра прямо таяла на языке и я никогда не мог дождаться пива и съедал её так. Много чего можно было предложить и продать. Деньги у кубинцев были, а вот в магазинах на них ни хрена не купить. Правда, эта торговля иной раз доставляло неудобства. Только садишься обедать за стол, как нарисовываются кубаши и пока идёт торговля, они только не садятся рядом с тобой с ложкой в руках. Но ничего: хочешь нормально жить – надо терпеть.

А тут через два дня ко мне подкатывает Сергей Мельников с заманчивым предложением.

– Слушай, Боря, у тебя же жена в положение. Так ведь?

– Ну…, четвёртый месяц. А что?

– Во…, раз у тебя жена в положение и рожать будет здесь, то ты имеешь право на доставку сюда багажа под рождении ребёнка. До восьмидесяти килограмм…. Ты секёшь – Сколько дефицита можно на продажу привезти?

– Блин и что надо?

– С тебя справка, что она в положение. Всё, а там официальное письмо от бригады на пересылку и ты встречаешь свой багаж, – Сергей выжидательно уставился на меня, а я с досадой зачесал затылок.

– Да всё это хорошо. Но тут такая заковыка: мать у меня не деловая. Это ж ящик надо здоровенный сколотить, отправить с Перми. А куда отправлять? Она же не поедет в Одессу…

– Стоп. Я всё продумал. Никуда ей не надо ехать и ящик колотить не надо. Это сделает мой отец. Она из Перми отправляет посылками, что вы закажете. Мой отец колотит ящик. Половина ящика твоя, половина моя.

Мои же родители и организовывают отправку багажа баркой. И мы с тобой уже через три месяца получаем всё, что нам нужно. Как тебе это?

– Серёга, отлично. Тогда ни каких проблем.

Справку жена организовала быстро, я ею помахал перед носом НачПо и получил «Добро» на официальное письмо, которое было отправлено в двух экземплярах: один родителям Сергея, а второй на пересылку.

От того же Мельникова узнал, что с Сантьяго можно позвонить матери в Союз и предупредить её о намеченной операции.

Поехали мы с женой звонить на переговорный пункт поздно вечером с перспективой ожидания связи как минимум полночи. А обшарпанный вид убогого помещения внёс законные сомнения в саму возможность организации связи. Но мы с женой были просто «убиты», когда уже через десять минут после заполнения бланка заявки, нас пригласили в кабинку. Блокада американцами Кубы – блокадой. А вот связь с Союзом пошла через Нью Йорк, а потом Москва и Пермь.