С высоты птичьего полета

Он только потянулся за ней, но тут же развернулся – заметил кровавые следы, ведущие из кухни в чулан. Наверное, Майкл наследил. Недолго думая, он схватил из открытого шкафа бутылку темного уксуса и разбил ее об пол, маскируя пятна. Кот в ужасе спрыгнул с профессорских рук в тот момент, когда на кухню вошел солдат.

– Профессор Хельд?

– Прошу прощения, – пробормотал профессор. – Я сбил бутылку с полки, когда доставал пепельницу.

Солдат оценил лужу темной жидкости и битого стекла и пожал плечами.

Стоя на четвереньках, Хельд оттирал уксус, пока остальные солдаты спустились вниз и стали обыскивать первый этаж, обходя его на кухне.

Один солдат протянул руку к дверце чулана.

Хельд застыл с мокрой тряпкой в руке, в воздухе висел тяжелый запах уксуса. Солдат распахнул дверь и дулом отодвинул край клетчатого одеяла. Хельд собрался с духом, размышляя, что сказать. Он приготовился к худшему. Но в то же мгновение, немец отступил и закрыл дверцу чулана.

Когда остальные солдаты покинули дом, офицер произнес:

– Простите за беспокойство, профессор.

Хельд бросил тряпку в раковину и последовал за ними к входной двери. Чтобы скрыть дрожь и волнение, он вцепился в собственные штанины, но все же нашел в себе силы ответить непринужденно:

– Ничего страшного.

Когда офицер спустился по ступенькам, то крикнул ему:

– Не забудьте запереть дверь на ключ!

Профессор сухо помахал рукой и кивнул.

– Да, да, разумеется.

Он молча закрыл и запер ее на ключ. Положив обе ладони на панель двери, чтобы успокоиться, он закрыл глаза и вздохнул.

Успокоившись, он двинулся к чулану. Открыв дверь, он отодвинул верхнюю одежду, поднял красный клетчатый плед. Майкла не было. Проследовав за ним в чулан, Кот принялся топтаться по красной шерсти. Профессор уставился в темноту чулана. Над его головой зашевелилась большая коробка, потом она упала на пол. Каким-то образом Майклу удалось забраться на высокую полку не больше метра шириной и спрятаться за тремя коробками.

Хельд не поверил своим глазам:

– Как…?

Он помог Майклу выбраться, и они оба двинулись на кухню, где все еще остро пахло уксусом.

Он снова взглянул на окровавленную рубашку Майкла.

– Куда вас ранили?

– Это не моя кровь, – в глазах Майкла отразилась невыносимая боль.

Они оба замолчали.

Хельд подошел к кухонной двери.

– Вам нужно переодеться.

Майкл попытался возразить. – Сейчас принесу, – невозмутимо продолжил Хельд. – Бросьте свою в огонь.