Сатанисты ХХ века

– Конечно, слышал… Что же из этого?

– А то, что она принадлежит к нашему народу и, следовательно…

– Следовательно, ничего не мешает тебе, мой прекрасный друг и брат, взять ее в любовницы или даже в жены, – насмешливо перебил пожилой еврей. – Я давно уже вижу, что тебе нравится эта Янте, и буду очень рад твоему счастью… Только советую не забывать того, что каждый из нас обязан отдать свою любовницу, жену или дочь, по первому требованию верховного синедриона, для исполнения данного ей поручения.

Красивое лицо лорда Дженнера побледнело, и он досадливо закусил губы.

– Это напоминание совершенно излишне, Джевид. Я знаю наши статуты не хуже тебя… Но знаю и то, что дочь нашего народа избавляется от слишком постыдных поручений…

Барон Джевид Моор громко засмеялся, хлопнув по плечу своего молодого собеседника.

– Полно кипятиться без толку, дружище… Пойдемте-ка лучше – посмотрим этих женщин поближе, а там уже решим, на что они годны или негодны и стоит ли хлопотать.

В уборной восходящей звезды

Дебютанткам отведена была одна из лучших уборных.

Спокойная и веселая, уверенная в своем успехе, Бельская перекидывалась веселыми замечаниями со своей хорошенькой товаркой и с пожилым господином почтенной наружности – директором драматической школы при венской консерватории – известным профессором «эстетики», тайным советником Мейленом, бывшим другом и сотрудником покойного эрцгерцога Рудольфа.

Сидя в единственном мягком кресле, находившемся в уборной, тайный советник Мейлен любовался прекрасной фигурой стройной красавицы в белоснежной греческой тунике, перехваченной у пояса голубым шерстяным шнурком.

Внезапно раздался легкий стук в дверь, и чей-то голос произнес торопливо и почтительно:

– Госпожа Бельская, его сиятельство граф Хохберг желает вас видеть.

– Сам «интендант», – прошептала Янте. – Какая честь, Ольга…

Но Геро отнеслась к этой «чести» спокойнее.

– Войдите, – промолвила она, делая два шага навстречу старику в залитом золотом камергерском мундире и с красной лентой через плечо.

Без малейшего признака подобострастия, Ольга проговорила:

– Не знаю, как благодарить ваше сиятельство за любезность к скромной дебютантке. Простите невозможность предложить вам даже покойное кресло в этой бедной уборной.

Граф Хохберг взглядом знатока смерил обеих молодых девушек и невольно причмокнул губами, найдя их вблизи еще более привлекательными, чем издали.