Сатанисты ХХ века

 – Если не ошибаюсь, я уже имел счастье любоваться вами в Аугсбурге и Базеле…

– Как раз перед тем, как мои контракты с Мюнхеном и Висбаденом оказались нарушенными. Ваше присутствие приносило мне несчастье, милорд.

– Конечно, против моей воли, прекрасная Маргарита, – все так же спокойно и любезно заметил англичанин.

– Само собой разумеется, милорд, – быстро ответила Ольга.

Лорд Дженнер склонил красивую голову перед обеими артистками и исчез в темных кулисах.

Гермина Розен напомнила своей подруге о ее обещании ужинать у нее после дебюта.

– Мамаша уже поехала домой все приготовить, я же осталась, чтобы довезти тебя в своей карете! – докончила она. Ольга поморщилась.

– Знаешь что, ты не сердись на меня, но, право, не лучше ли нам поехать куда-нибудь в ресторан?..

Гермина сказала:

– Но как мне быть с принцем? Ведь я обещала ему познакомить тебя с ним за ужином. Надеюсь, ты позволишь мне привезти его в ресторан, вместе с Анной Дель-Мора, нашей первой балериной.

– Буду очень рада, если ему не будет неловко в обществе актеров.

– Напротив того, он будет рад. А ты кого же пригласила?

– Прежде всего, моего милого старика, директора, с сыном, профессором истории в здешнем университете, – ответила Ольга.

– Затем мы, грешные, – вмешался Фауст, уже успевший «сбегать переодеться» и сменить поэтический средневековый костюм на прозаический пиджак и крылатку, которые, впрочем, не мешали ему оставаться «красавцем Матковским», любимцем берлинских дам. – Я и сам наш обер-режиссер Мефистофель – Греве, плененный Маргаритой вопреки Гете.

– Не пугайте меня, Матковский, я ужасно боюсь строгих режиссеров, – смеясь, заметила Гермина. – А еще кто?

– Еще два критика, которых ты, конечно, знаешь: доктор Миндау и доктор Вальдау. Они просили позволения приехать. Отказать было неловко. Наконец, тоже вероятно знакомые тебе, Карл Закс и только что представленный мне берлинский его коллега Адам Бентч. По правде сказать, эти сами навязались, – прибавила Ольга вполголоса.

– Не беда… Нужные люди! – заметила Гермина. Так я поеду за Дель-Мора. Принц будет ждать меня у Кранцзера…

И Гермина проскользнула в уже потемневшие кулисы, а оттуда к выходу, возле которого дожидалась ее маленькая каретка, запряженная красивым сильным рысаком.

Бельская быстро переменила костюм на белое кашемировое платье и через четверть часа, в свою очередь, выходила на улицу через так называемый «актерский» подъезд. Площадь уже опустела.