Тайны утерянных камней

И об этом я уж точно никогда не лгу.

Люси подняла свой скрюченный палец к самому подбородку Стар, но, увидев, как Стар отшатнулась, убрала руку, продолжая пристально взирать на девочку. Та же не могла отвести взгляда от ее глаз. Таких глаз Стар никогда в жизни не встречала: бездонная ледниковая голубизна, в которой как будто вращались осколки янтаря и изумруда. У девочки словно все внутри перевернулось, по ногам пробежала дрожь, колени стали шаткими.

– В-всего хоть несколько долларов, – добавила Стар таким же дрожащим, как и ее тело, голосом.

Но Люси по-прежнему не отвечала. Все, на чем сейчас способна была сосредоточиться девочка, – это вращающиеся цветные пятна в глазах старухи, отчего у Стар начала уже кружиться голова. Она даже скрючила пальцы ног в ботинках, словно отчаянно цепляясь за обувь, чтобы не упасть.

– Еще один потерянный конец, – прошептала Люси.

Стар открыла было рот, чтобы что-то ответить. О чем вообще говорит эта безумная старая карга?! У Стар создалось такое ощущение, будто все кости у нее накрепко спаялись в суставах.

Однако, когда Стар уже готова была повернуться, чтобы уйти, она заметила, что мальчик в красной толстовке куда-то исчез, и ее больно кольнула мысль, что такой ребенок может запросто пропасть на улице.

– Ваш внук, – указала она за спину Люси.

Но старуха беспечно отмахнулась:

– Он вернется.

Между тем по тротуару к ним подошли две женщины и, точно стражники, встали по бокам от Люси. Одна была одета в джинсовый комбинезон, а ее вьющиеся седые волосы заплетены в косички. Держа в руках по стакану кофе «в дорогу», она дружелюбно улыбнулась девочке. Другая женщина была намного моложе, с темно-каштановыми волосами, убранными в хвост. На ее переносице пролегла заметная морщина.

– Заводите новых знакомых, Люси? – спросила та, что помоложе.

Стар вновь скрестила руки, сощурила глаза. Она вовсе не нуждалась в их жалости.

– Это та самая девочка, Люси? – спросила женщина с седыми волосами, одарив Стар широкой и добродушной улыбкой.

Стар переступила с ноги на ногу. Она была бы рада уйти от этой странной троицы подальше – пусть донимают кого-нибудь другого! – но не могла сделать и шагу.