Очень короткие рассказы о главном

Сентябрь был тёплым, светлым и без дождя, а небо – голубым с редкими серыми облаками. Часы на вокзальной башне показали половину второго. Запахнувшись в старенький плащ, стараясь не поднимать глаз, быстрой семенящей походкой мужчина прошёл в помещение вокзала. Никто его не остановил, только охранник смерил тусклым равнодушным взглядом, и вскоре мужчина оказался на платформе, к которой медленно подкатывал поезд, следовавший из российской глубинки.

Мужчина теперь почти бежал по перрону и, когда поезд остановился, оказался ровно напротив двери нужного ему вагона.

Старушка выбралась на перрон одной из первых – в стареньком пальтеце, перехваченном крест-накрест платком. В руках у неё были чемодан, перевязанный верёвкой, и корзинка, закрытая поверху дерюгой.

– Мама, – сказал мужчина, обнимая старушку, – здравствуй, мама!..

Она плакала и целовала его в обе щеки.

Он взял в одну руку чемодан, в другую – корзинку и повёл бабульку к выходу. На привокзальной площади он остановился и, не в силах скрыть радости, показал на стелу, установленную в честь Победы, и на открывающуюся за ней панораму:

– Вот это – наш Невский! А там – Лиговка!..

Он вёл её по улицам и показывал город, в котором она никогда до этого не была. Его лицо светилось такой любовью, словно под Богом оставались только они вдвоём с матерью.

– Какой большой город… – прикрывая рот ладошкой, говорила мать.

Мужчина счастливо смеялся и что-то отвечал.

– А вот, – показывал он куда-то вбок, – смотри: это шаверма. Ты когда-нибудь пробовала? Хочешь, я тебя шавермой угощу? Очень вкусное мясо. У нас тут всё вкусное…

Бабушка отнекивалась, и они шли дальше. Наконец они добрались до коммунальной квартиры, где он жил в одной из комнат. Там стояли видавшая виды кровать, шифоньер и тумбочка с двумя старыми табуретками возле.

– Это временно, – пояснил он матери, – пока у меня там, в квартире, ремонт делают… Ну, кафель меняют, сантехнику новую устанавливают, потолки белят… Поживём пока здесь, а в следующий раз я тебя уже в хорошее жильё приглашу.

Он с детства не умел врать, особенно ей.

Мать сняла пальто, он – плащ, и когда разулся, чтобы надеть тапочки, мать увидела его протёртые носки.