Шведские волшебные сказки

– Какой важный гость ко мне пожаловал! – воскликнула она.

– Вот проходил мимо и решил посмотреть, как тебе живётся одной-одинёшенькой, – соврал Бул.

Они повели беседу о том и о сём, и в конце концов тролль завёл речь о королевской короне.

– Помоги мне в этом дельце, ведь ты самая мудрая на свете, а я тебе отплачу – обещаю, что получишь лучшую золоторогую корову с Семимильной горы, или не быть мне Бул-Бул-Булсери-Булом.

Только он это произнёс, как раздался стук в дверь.

– Матушка Угель-Гугель, – всполошился Бул, – спрячь меня, чтобы никто не узнал, что я к тебе приходил!

Троллиха спрятала его на чердаке, а потом пошла открывать.

Это явился Друл. Ему в голову пришла та же мысль, что и Булу.

– Какой важный гость ко мне пожаловал! – снова воскликнула старуха.

– Да вот шёл мимо, – отвечал Друл, – и дай, думаю, проведаю почтенную троллиху.

И он завёл разговор о том и о сём, о новом и старом, исподволь приближаясь к тому, зачем пришёл.

– Коли поможешь мне занять трон, – посулил он, – то получишь лучшую золоторогую корову с Семимильной горы. Обещаю, или не быть мне Друл-Друл-Друлсери-Друлом.

Однако и Друлу не повезло: не успела старуха ответить, как снова послышался стук в дверь. Кого ещё принесла нелёгкая?

Друл потерял голову от страха и взмолился, чтобы старуха его где-нибудь спрятала. Угель-Гугель открыла подпол, и тролль там укрылся. А она пошла открывать дверь.

На пороге стоял Клампе-Лампе: он тоже был не прочь сговориться со старой троллихой.

– Какой важный гость ко мне пожаловал! – воскликнула в третий раз старуха.

– Славная погодка нынче выдалась! – отвечал Клампе-Лампе. – Ну я и пошёл прогуляться, а как оказался у твоей избушки, решил: надо бы заглянуть да посмотреть, как поживает почтенная троллиха.

Он говорил о том и о сём, о всякой всячине, и под конец завёл речь о своей просьбе, как прежде другие тролли.

– Какой важный гость ко мне пожаловал! – воскликнула старуха.

– Коли поможешь мне занять трон в Семимильной горе, получишь самую большую и удойную золоторогую корову, – пообещал он.

Однако и Клампе-Лампе не удалось узнать, что думает старуха по этому поводу, потому что дверь снова задрожала от сильных ударов.

– Ой-ой! Спрячь меня, умоляю! – завопил Клампе-Лампе.