Комплекс прошлого

Возможно, она действительно пыталась заставить меня их отрезать, я уже не помню. Наверное, я спорила с ней, что мне нужно чем-то взмахивать. Кроме того, у нее были куда более важные заботы, чем мои волосы. Тогда я была слишком худой; сколько бы я ни ела, ничего не менялось. Булимия свирепствовала в интернатах. Медсестра постоянно проверяла мой поднос с обедом и взвешивала его. Я надевала мешковатый серый кардиган, чтобы прикрыться, но от этого я выглядела лишь еще более истощенной.

– Ты уверена, что ешь? – докапывалась она.

В шестнадцать лет у меня все еще не было бедер. Несмотря на то что на плакатах, висящих на наших стенах, были стройные и даже худощавые модели, больше всего я хотела грудь, как у Лорен и Скиппер, хотела, чтобы что-то заполняло провисающую, как пустой мешок, полосатую летнюю форму. К моему ужасу, даже Джерри Лейк носила чашку большего размера, чем я. Я почти уверена, что меня, такую аморфную и внешне, и внутренне, никто из Божественных, кроме Скиппер и нашей небольшой группы, не помнит.

Когда я училась в университете, мама однажды вручила моему парню фотографию моего курса, и я ждала, сможет ли он найти на ней меня. Мы общались с ним уже довольно близко, так что это не должно было стать проблемой. Его палец двигался по рядам слева направо, но каждый раз он скользил мимо меня.

– Это какая-то уловка? – спросил он.

Возможно, в этом возрасте мы все являемся самыми жесткими критиками для самих себя. Возможно, тогда я была не так дурна, как чувствовала, – в конце концов, мне казалось, что я нравлюсь мальчикам.

Но все же по сравнению с Лорен я была невидимкой.

Лорен достала еще одну сигарету и направила ее на снимок. Я почувствовала волну паники из-за того, что она вот-вот зажжет ее, прямо там, в моей спальне.

– Для протокола, это не мой брат.

– Откуда ты можешь знать?

Она провела пальцами по воздуху.

– Он, хм, обрезанный. Мама сделала это, когда он был младенцем. Это более гигиенично.

Я снова посмотрела на фотографии на кровати. Разумеется, я не знала разницы между обрезанным и необрезанным пенисом.

– Верно, – старательно сказала я.

Она посмотрела на меня и рассмеялась.

– Ты немного странная, ты знаешь? – сказала она, а затем протянула руки, прижала большие пальцы к моим щекам и растянула углы моих губ в клоунскую ухмылку. Я отодвинула голову, но ничего не могла с собой поделать и начала искренне улыбаться.

– Так-то лучше.

Она пошевелила свисающей изо рта сигаретой в направлении курилки.