Не стреляйте в белых лебедей (сборник)

За столом в палисаднике полная женщина перебирала клубнику. Она без улыбки посмотрела на Ивана, неторопливо заправила под косынку подбитую проседью прядь.

– Здравствуй, Иван.

– Здравствуй, Надя. – Иван присел, вытянув усталую ногу. – А где же Сашок?

– Сынок! – крикнула женщина. – Сынок, папа пришел!..

Прибежал Сашок, и они долго и старательно мастерили планер, руководствуясь крохотным чертежиком из «Юного техника».

– Ты, сынок, когда с мелочью какой работаешь – клеишь, к примеру, крючок к леске привязываешь или еще что, – языком зубы считай, – говорил Иван, оклеивая бумагой легкие крылья.

– А зачем?

– Для порядка. Сосчитал в одну сторону, тогда считай в другую. Глядишь, и не порвешь ничего, не сломаешь. Работа, Сашок, терпеливых любит, слушается их.

Это был его день. Он выторговал его, когда сын еще ползал по полу, и в такие дни они были только вдвоем: строили, чинили, бродили по лесу или ловили рыбу. Он просто учил сына тому, что знал сам. Поначалу казалось, что знаний этих много – целая жизнь, – но год от году становилось все труднее, и Иван с горечью чувствовал, как гаснет в сыне восхищение его рабочей сноровкой…

Профессор долго читал записку, все время нервно встряхивая листок.

– Это далеко?

– Шесть часов ходу, – сказал Сергей. – Против течения.

– Против течения – это очень хорошо, – неожиданно усмехнулся профессор. – В девять вечера зайдите за мной. Сюда.

Он сунул записку в карман и пошел наверх: на лестничной площадке ждали двое в белых халатах.

– Спасибо! – с опозданием крикнул Сергей, а Еленка испуганно дернула его за рукав:

– Тише!.

Они вышли на улицу.

– А вдруг поможет? – вздохнула Еленка. – Знаешь, мне Пашу жалко. И Федю, конечно, но Пашу – жальче.

– Она и сама жалкая, – сказал Сергей. – Живет, голову втянув, словно вот-вот кто-то ударить должен.

– Так оно и есть, Сережа… – Еленка по-бабьи поджала губы. – Доля у баб такая – каждую минуту удара ждать.

Сергей посмотрел на нее, расхохотался, вдруг шутливо обнял.

– Пусти… – Еленка высвободилась и, чувствуя, что краснеет, поспешно отвернулась.

В кассах широкоэкранного кинотеатра толпились люди. Сергей быстро разобрался, в каком окошке дают на текущий сеанс, занял очередь. Еленка стояла рядом, искоса остро, изучающе поглядывая на соседей.

– Смотри, смотри! – не выдержав, зашептала она. – Чулки красные, а туфельки – черные…

– Ну и что? – спросил Сергей, бесцеремонно оглядев проходившую мимо девушку.